Что будет если собороваться во время месячных

Можно собороваться в критические дни?

Можно собороваться во время месячных?

Можно ли собороваться во время месячных?

Можно собороваться при месячных?

Можно ли собороваться при месячных?

Я довольно давно в церкви, интересуюсь православным вероучением, каноническими правилами и постановлениями вселенских соборов, и могу сказать, что не встречала какое-либо каноническое правило, запрещающее женщинам собороваться во время месячных. Если понимать смысл запрета на Причастие во время месячных, он именно в том, что в храме, когда совершается Бескровная Жертва (Евхаристия), не должно быть никакой крови. Современные средства гигиены позволяют и во время месячных приходить в храм в чистоте, но поскольку канонические правила, запрещающие Причастие женщинам в таком состоянии, еще не отменены соборно, то женщины их придерживаются. Более подробно можно прочитать по ссылке. Явно канонами запрещается только Причастие и Крещение, посещение храма женщинам разрешается, а также можно пить святую воду, есть просфоры, антидор, артос, прикладываться к иконам.

Если женщина себя плохо чувствует во время месячных, то нужно учесть, что таинство соборования довольно продолжительно, и если есть возможность отложить его, то лучше это сделать.

Приведу еще ответы священников на вопрос:

По этому поводу мне вспоминается совет одного из святых отцов церкви: «Предоставьте женщин собственному разумению. «. Думаю, это правильно, когда мужчины, пусть даже и облеченные саном, не вторгаются в такую деликатную область, мне кажется, у них есть дела поважнее. Могу только напомнить, что в первохристианские времена женщины и причащались в таком состоянии, запреты появились позже.

источник

отвечает протодиакон Дмитрий Половников

Добрый день!
Позволяется ли женщинам в определенные дни женской природы:
1. Вкушать просфоры, антидор, хлеба, артос?
2. Прикладываться к святыням (иконы, Распятие, мощи святых, Евангелие)?
3. Участвовать в обрядах (например: Елеопомазание) и Таинствах (а именно: Соборование, Исповедь, Венчание )?
Насколько мне известно, канонами Церкви женщинам в определенные дни запрещено причащаться и креститься, а вот обо всем остальном не сказано (если ошибаюсь — прошу поправить). Но, даже принимая во внимание эти два запрета, почему женщинам «вменяется в вину», то, что дано, заложено в них природой, а значит самим Богом?
Заранее благодарю за ответ.

Уважаемая Эля, по правилам, нельзя проливать в храме кровь, любую кровь. Будет ли это кровь человека, или животного. Господь принес за нас жертву, пострадав на Кресте и уже никакие жертвоприношения, сопровождающиеся пролитием крови, не должны совершаться в храме. Правила говорят, что даже пасхальная снедь, приносимая в храм, не должна вноситься в храм, а освящаться в притворе. Церковь строго разграничивает священное и мирское — в пространстве, времени или периодах человеческой жизни.

Первые промышленно-изготовленные гигиенические прокладки появились в Европе в 1888 году а в США в 1896 г., до этого вопрос «защиты» при менструации решался различными способами. Однако, на протяжении большей части мировой истории гигиенические продукты были просто недоступны, так что женщины могли просто кровоточить, оставляя за собой след, куда бы они не направлялись.
Вряд ли многие будут спорить с утверждением, что нехорошо оставлять капли и лужицы менструальной крови в храмах, однако было бы неверно говорить, что правила о «ритуальной нечистоте» распространяются только на женщин. Мужчине с любым кровотечением также следует воздержаться от посещения храма, пока кровотечение не прекратиться. Священнику, если он ненароком поранил себя во время службы, следует тотчас остановить кровотечение, а если это невозможно, то и покинуть храм. Понятие о ритуальной нечистоте в Православной Церкви намного шире женской менструации и относится также к некоторым сторонам мужской физиологии, как, впрочем, и к некоторым не зависящим от пола состояниям. Вспомним, например, название правила, обязательного для мужчин после непроизвольного ночного истечения семени — «Правило против осквернения». В одном из документов Русской Церкви XVII века под названием «Известие учительное» требует прекратить богослужение в храме, если он будет «осквернен случайным пролитием человеческой крови при каком-либо беспорядке, от удара оружия или руки, или другого удара, или от какой-либо телесной нечистоты на полу»… Может ли последнее относиться к менструальной крови? Возможно, но данное требование этого не уточняет, и потенциально может относиться к вещам не связанным с женской физиологией.

Поэтому ваш вопрос, «почему женщинам «вменяется в вину», то, что дано им природой, а значит самим Богом?» не совсем корректен. Правила церкви не принижают женскую природу никоим образом. Конечно, сейчас, ввиду развития современных средств гигиены, очевидная социо-физиологическая сторона менструации не продолжает играть в современной жизни такую же важную роль, какую она играла всего столетие или два назад. Тем не менее, напоминание о том, что современные средства гигиены являются именно современными изобретениями, и позволяет понять, почему появились правила, не разрешающие женщинам в эти дни приступать к таинствам Крещения и Причащения, или вообще входить в храм. Хотя, впрочем, эти ограничения возникли не от разделения на чистых и нечистых, совершенно не свойственных христианству, а из чувства благоговения к святыне. Против благочестия может согрешить и мужчина, в рабочей робе, перепачканной маслом, решивший приложиться к иконам.

Единственные канонические правила, которые говорят об особых периодах в жизни женщины, касаются только таинств Крещения и Причащения, но на смертном одре и эти ограничения снимаются. Поэтому на ваши вопросы, можно ли женщинам «в определенные дни женской природы: вкушать просфоры, антидор, хлеба, артос; прикладываться к святыням (иконы, Распятие, мощи святых, Евангелие); участвовать в обрядах (например: Елеопомазание ) и таинствах (а именно: Соборование, Исповедь, Венчание)?» — следует ответить, что это не запрещено. Но традиция храмового благочестия Русской Церкви предписывает в эти дни воздержаться от участия в Таинствах и целовании икон и мощей святых угодников. Но здесь традиция может изменяться, в зависимости от традиций конкретного храма.

источник

Опубликовал Кирилл в блоге «Кирилл». Просмотры: 76833

Современные пастырско-литургические вопросы совершения Таинства Елеосвящения: опыт истории и современные проблемы.

Содержание:
1) Цель Таинства
2) Вещество Таинства – оливковое масло
3) Общее Елеосвящение
4) Кто подлежит соборованию: тяжело больные или нуждающиеся в телесном укреплении, покаянии или прощении забытых грехов?
5) Прощаются ли в Таинстве грехи и какие?
6) Неоднократное соборование в течение одной и той же болезни
7) Вопрос количества пресвитеров для совершения Таинства
8) Можно ли совершать Елеосвящения над больными, которые находятся в бессознательном состоянии или при смерти?
9) Возможно ли соборование женщин в период месячного очищения?
10) Вопрос взятия участниками таинства остатков масла (или же специально принесенного для освящения масла) после совершения священнодействия домой для помазания им и использования его в пищу.

Из всех Таинств Православной Церкви, Таинство Елеосвящения (Соборования) в наибольшей степени требует богословского осмысления, т.к. в настоящее время ещё нет единства мнений о цели участия в нём, категории участников и некоторым другим аспектам его совершения.
В настоящей статье производится попытка осмысления современных пастырско-литургических проблем Таинства Елеосвящения в разрезе истории формирования его чинопоследования. Рассмотрим их по пунктам.

Прообразом для установления Таинства Елеосвящения являются слова из Евангелия по Марку (Мк. 6:13) о том, что ученики Христовы: «многих больных мазали маслом и исцеляли». Основное свидетельство установления Таинства Елеосвящения содержится в Послании Апостола Иакова: «Болен ли кто из вас, пусть призовет пресвитеров Церкви, и пусть помолятся над ним, помазав его елеем во имя Господне. И молитва веры исцелит болящего, и восставит его Господь; и если он соделал грехи, простятся ему» (Иак. 5:14-15).

Фраза «пусть призовёт» из вышеприведённой цитаты, указывает на то, что болезнь должна быть достаточно тяжёлая, а слово «восставит», церковносл. – «воздвигнет» (букв. с греч. «поднимет») говорит о том, что болящий лежит. В современном чинопоследовании Таинства мы встречаем такие обращения и выражения «болящий, страждущий, недугующий, струпы телесные, горькие болезни». Такая причина как «сейчас все чем-то больны, здоровых людей практически нет», которой пытаются оправдать коллективное массовое соборование людей, представляется лукавством. Под тяжелой болезнью следует понимать ту, которая приковывает человека к постели (или прикует в ближайшее время, как например, диагностированная онкология) или настолько расслабляет его, что он уже не имеет сил приходить в храм и участвовать в Богослужениях и Таинствах Церкви. Думаю, что Соборование полезно и для страдающих алкоголизмом и наркоманией, ведь это не только страсть, но и психо-физическая зависимость, пленяющая человека.

Иерей Михаил Преображенский, преподаватель «Литургики» на Санкт-Петербургских Епархиальных богословских курсах, где мне посчастливилось учиться, называл Елеосвящение Таинством отпадших от Церкви по болезни. Не участвуя в церковных богослужениях и не причащаясь более трёх седмиц, болящий христианин невольно отпадает от Тела Христова – Церкви. И Церковь, в лице пресвитера и части прихожан (это очень желательно) сама приходит к нему в дом. В храме соборуют лишь лежачих больных, кого могут туда доставить на носилках, чтобы весь приход собрался вместе для молитвы за ближних. По отзывам здоровых прихожан, и они получают большое духовное утешение, молясь об исцелении и прощении грехов своих братьев и сестёр во Христе.

Точку зрения о том, что при совершении Таинства должны принимать участие и молящиеся за больного указывает экзапостиларий современного чинопоследования: «В милости Блаже, призри Твоим оком на моление нас, сшедшихся в храм Твой святый днесь, помазати божественным елеем недугующаго раба Твоего…».

2) Вещество Таинства – оливковое масло.

Не вызывает сомнений факт того, что Таинство изначально совершалось на оливковом масле. В Санкт-Петербурге есть специализированные магазины, которые продают только один товар – оливковое масло. В провинции же найти оливковое масло бывает сложнее, кроме того, играет роль его сравнительная дороговизна. Поэтому некоторые пресвитеры Церкви используют подсолнечное или иное растительное масло для Таинства. Однако, «эта практика, хотя и отчасти оправданная, нарушает библейскую символику елея (ср.: Рим 11) и не соответствует церковной традиции (напр., визант. полемисты упрекали армян, в частности, в замене елея кунжутным маслом)» [1] .
Это искажение церковной традиции в настоящее время тесно связано с практикой коллективного соборования всех желающих в дни Великого Поста, которая будет рассмотрена ниже. Однако дерзну заметить, что большое стечение людей на великопостное помазание достаточно пополняет приходскую казну для приобретения пары литров оливкового масла.
Византийская традиция добавлять в елей воду или вино может быть признана приемлемой, т.к. основана на евангельской притче о милосердном самарянине (Лк.10:30-35).

В настоящее время в некоторых храмах общее Елеосвящение с семью помазаниями становится великопостной традицией, причём совершается по нескольку раз в Пост. В других храмах такой традиции нет и её категорически избегают.

«Совершение Таинства Елеопомазания над здоровыми людьми засвидетельствовано литургическими памятниками, начиная с X века. В них говорится, что наряду с больным, над которым совершали Маслособорование, помазывались елеем и его домочадцы. Помимо «попутного» помазания здоровых, в Греческой Церкви совершали Таинство и нарочито над ними. Иерусалимский устав предписывал прохождение чина Елеосвящения в равной мере «здоровому и болящему». Кроме того, что Соборование совершалось над отдельными лицами, производилось общее Маслопомазание в определенные дни года… [2] ».

Вероятнее всего эта традиция первоначально имела своим источником помазывание родственников болящего (это отражено в древнейших рукописях), над которым совершался чин. Далее под это была подведена богословская база о Елеосвящении как особом покаянном чине, что логически возможно было вывести их послания ап. Иакова(Иак. 5:4-15). Одновременно и соединение чина с Литургией (на проскомидии которой освящался елей, а в конце службы — совершалось помазание больного), предварение его Вечерней и Утреней, в Х–ХVвв., превращало его в некоторой степени в общецерковное богослужение, к молитве которого стали причастны все прихожане. Заключительным этапом явился перенос общего Елеосвящения на Страстную седмицу, органично подходящую для покаяния.

Традиция общего Елеосвящения просуществовала на Руси до середины XVII века, а в крупных соборах до 1917г, в Греческой Церкви оно сохранилось до нашего времени. Следует отметить, что это традиция богослужения только Великого Четверга, она предполагает лишь одно помазание (и без произнесения молитвы таинственного помазания) и понимается догматистами и литургистами как священнодействие не аналогичное Таинству Елеосвящения. Например, протоиерей Михаил Булгаков в Настольной книге священнослужителя, указывает, что Соборование, совершавшееся в Великий Четверг, не нужно понимать как Таинство.

Святейший Патриарх Алексий говорил по этому поводу следующее: «в течение не только Великого, но и всех остальных постов устраиваются еженедельные общие Соборования. Продиктовано это чаще всего отнюдь не духовными потребностями прихожан, а жаждой получения дополнительных доходов, чтобы было больше народу, соборуют не только больных, что предусмотрено чинопоследованием при Таинстве Елеосвящения, а всех подряд, в том числе и маленьких детей» [3] .

Вот как об этом пишет протоиерей Владимир Воробъёв: « Сейчас, как мы знаем, Великим постом, а в некоторых местах постоянно, совершается это таинство над множеством людей, которые приходят без разбора, — и больные, и здоровые, и взрослые, и дети. Бывает, собирается 700-900 человек, полный храм. Людей ставят рядами, настоятель обычно начинает быстро читать чинопоследование, а остальные священники ходят по рядам и мажут всех, не останавливаясь и нисколько не согласовывая свои действия с чтением чина таинства. Очень часто из-за большого числа желающих собороваться священники не успевают помазать всех, пока читается чин, и ограничиваются двумя-тремя помазаниями… Такое совершение таинства иногда, к сожалению, производит довольно тяжелое впечатление… Должен быть один больной и семь священников, а не 700 больных и один священник. Нужно, чтобы таинство совершалось в тишине и благоговении, в сосредоточенной молитве над болящим, когда действительно просят об исцелении этого болящего, потому что он тяжко страдает. А не так, что приходят все, кто попало, и неизвестно зачем, просто потому, что сказали: надо пособороваться…. Тут мы видим одну важную проблему. Удивительно серьезное, таинственное совершение соборования на дому над болящим часто дает чудесное исцеление болящему, когда соберется много священников, и они усердно молятся. Все это может потеряться в погоне за деньгами и за «охватом», и часто так получается» [4] .

Ещё одной практической сложностью при общем Соборовании является прочтение имён всех участвующих в Таинстве людей. При 50 участвующих, это составит чтение в общей сложности 700 имён.

Возникшая в конце XX в. традиция общего Таинства Елеосвящения (не только для всего прихода, но и всех невоцерковлённых желающих, при которой тяжелобольных может и не быть вовсе) с обычным чинопоследованием, не имеет оснований в истории Церкви и порождает в народе магическое восприятие Церковных Таинств.

Более подробно вопрос общего соборования рассмотрен в статье «Общее соборование — история смещения смысла»: http://pravoslavie.ru/108661.html

4) Кто подлежит соборованию: тяжело больные или нуждающиеся в телесном укреплении, покаянии или прощении забытых грехов?

«По свидетельству отцов и учителей Церкви, уже с первых веков христианства это таинство совершалось над кающимися и было одним из средств присоединения к Церкви тех, кто отпал от нее по причине тяжести своих грехов. Как писал еще в III веке Ориген, «существует отпущение грехов. через покаяние, когда грешник омывает слезами ложе свое. В этом исполняется то, что говорит апостол: Болит ли кто в вас, да призовет пресвитеры церковныя. » (Гомилии на Книгу Левит, II. 4). Святитель Симеон Солунский свидетельствует, что в его эпоху — начало XV века — в Византии «всякому, впавшему в грехи и исполнившему правило покаяния, готовящемуся к приобщению [Святых Таин] и получившему прощение от [духовного] отца», грехи оставлялись «через священнодействие и помазание Елеосвящения, как пишет [Иаков,] брат Господень» (Вопросоответы Гавриилу Пентапольскому, 72) [5] .
Таинство Елеосвящения в прежние века являлось формой примирения с Церковью людей, исполняющих пожизненную епитимью и восстанавливающих церковную правоспособность только перед смертью. В настоящее время эту традицию можно считать лишь литургическим памятником.

«163 правило Номоканона при Большом Требнике запрещает помазывать здоровых людей. Интересно, что об этом говорят дореволюционные грамоты, которые выдавались священникам. В них говорилось о том, что «священник да не дерзнет помазать здорового человека» [6] . Аналогично и русские догматисты запрещали совершать это Таинство над телесно здоровыми. Таким образом мы видим, что российская практика отличалась в этом вопросе от иерусалимской и греческой.

Запрет на совершением Таинства над явно здоровыми людьми был столь строг, что елеосвящение не совершалось даже над лицами, осуждёнными на смерть, отправляющимися на войну или в опасное путешествие [7] .

Приведу мнение священника Александра Глебова: «Весь чин Таинства Соборования ориентирован на человеческий недуг, на человеческую немощь и болезнь, и если у человека нет такой болезни, то совершение Таинства Соборования неправомерно. Если человек здоров, то он должен прийти и на исповедь, а после исповеди причаститься Святых Христовых Таинств, в которых мы получаем, и прощение грехов, и исцеление души и тела, и становимся наследниками вечной жизни с Богом. Вот это позиция и Святейшего Патриарха и нашего священноначалия и многих из моих собратьев по алтарю Господнему. Я хочу, чтобы это позиция была донесена до наших прихожан и Соборование все-таки было осмысленным, потому что это церковное Таинство, а не магическое действие» [8] .

Желающие могут ознакомится с молитвословиями Таинства Елеосвящения и обратить внимания на такие прошения: «воздвигни его от одра болезненного и от ложа озлобления (страдания)», «елей сей вчини в цельбу, в пременение недуга, и язи», «уврачуй его язвы неисцельныя, всякий же недуг, и всякую язю, даруй ему душевное исцеление», «подаждь врачевание, и пременение тлетворныя болезни».

Также прошу обратить внимание на преамбулу к молитве при возложении Евангелия на голову болящего: После же этого больной, принимающий Елеосвящение, если может, сам входит в среду священников и стоит, поддерживаемый родными, или сидит. Если же не может встать, священники сами окружают его, лежащего на постели. В ней недвусмысленно говорится о том, что состояние здоровья участника этого Таинства таково, что он в лучшем случае может стоять, поддерживаемый родными.

Современное развитие медицинской диагностики может ввести в круг соборуемых тех, кто пока ещё передвигается без затруднений, но уже болен тяжёлой болезнью (например, раком), которая вскоре прикуёт его к постели. Также приемлемо соборование перед хирургической операцией. Совершение Таинства Елеосвящения над такими больными представляется вполне уместным.

Таким образом, неверно считать, что только участие в Таинстве Соборования может духовно и телесно исцелить христианина. Его задача – в первую очередь вернуть человеку возможность посещать храм. Главным же церковным Таинством на все времена является Таинство Евхаристии. Оставление грехов подаётся в Таинстве Покаяния.

5) Прощаются ли в Таинстве грехи и какие?

Из понимания того, что причина болезни – грех, существуют два основных мнения: прощаются все грехи, прощаются только забытые грехи. По словам прот. Алексия Уминского, «в Таинство Соборования вкралось понятие индульгенции».

Священник Евгений Горячев: «Если я свой грех осознаю, на какой бы стадии своего духовного развития я не был, я обязан его высказать. Если я что-то забыл, не стоит мне переживать на это счет. Если Богу будет угодно, он напомнит мне об этом грехе. Поэтому человеку в здравом уме и трезвой памяти прибегать к этому Таинству для того, чтобы грехи, которые он не помнит, снялись бы, очень неправомочно. Чтобы не было соблазна видеть в Соборовании некий аналог исповеди, который отпускает человеку грехи, апостол Иаков прибавляет: «исповедуйте друг другу прегрешения». Исповеди в нашем понимании еще нет, но чтобы не было желания прощать получение грехов через вот такое магическое действие елеосвящения, апостол Иаков напоминает эту необходимость личного покаяния. И вот эти тезисы, на мой взгляд, ключевые, несмотря на то, что чинопоследование очень изменилось» [9] .

Любая болезнь является следствием первородного греха прародителей, последствия которого мы несём. Что же касается личных грехов, то некорректно ставить жёсткую зависимость, прямую связь между личными грехами и болезнью, иначе все праведники отличались бы отменным здоровьем, а наши храмы были полны людей, которые несомненно бы заметили, что Церковь гарантирует своим членам здоровье. Кроме того, мы не можем исключать промысл Божий: попущение телесных немощей и страданий ради смирения человека. Болезнь – одно из следствий первородного греха, но далеко не всегда греха личного.

Обратим внимание на слова апостола Иакова » и если он соделал грехи». Понятно, что любой человек соделывает грехи. Вероятнее всего здесь имеется в виду случай, когда именно личные грехи стали причиной болезни и человек их осознаёт и раскаивается в них (о покаянии говорит следующий стих Послания Иакова: Признавайтесь друг пред другом в проступках и молитесь друг за друга, чтобы исцелиться: много может усиленная молитва праведного (Иак.5:16)).

Молитва при возложении Евангелия на голову болящего ещё раз подтверждает высказанную выше мысль о том, что Соборование является способом воссоединения с Церковью невольно отпавших по болезни. Вот фрагмент этой молитвы: Сам и раба Твоего [или рабу Твою] (имя), кающегося [или кающуюся] в своих собственных согрешениях, прими с обычным Твоим человеколюбием, не взирая на все его [или: её] падения.

Митрополит Макарий (Булгаков) по этому поводу замечает: «Oриген как бы не отделяет здесь елеосвящения от покаяния и говорит об одном непосредственно после другого; но это, без сомнения, потому, что и в древности елеосвящение совершалось, как доныне совершается, после покаяния и вслед за ним как бы нераздельно » (Православно-догматическое Богословие. Том 2).

Прощаются ли больному, участвующему в Таинстве Елеосвящения (Соборования) забытые грехи? Прощаются не только забытые, а вообще все, если после Соборования человек участвовал в Таинстве Покаяния. Митр. Иларион Алфеев:
«Если человек не утаивает грехи сознательно, если исповедь приносится им искренне, чистосердечно, с намерением исправиться, ему прощаются все грехи: и те, которые он назвал, и те, о которых забыл, и те, которые он сам в себе не замечает. Однажды на лекции в Московской духовной семинарии я высказал эту мысль – о том, что грехи на исповеди или все прощаются, или все не прощаются, а третьего (то есть какого-то частичного, неполного прощения) не дано. Один семинарист очень резко возразил мне, сказав, что он “поднимет творения всех Святых Отцов”, чтобы доказать обратное, а именно, что прощаются только названные на исповеди грехи. Он полгода работал в библиотеке, а потом пришел ко мне и сказал: «Вы были правы: прощаются все грехи».

В принципе достаточно внимательно прочитать молитвы священника, читаемые на исповеди. Разрешительная молитва: «Господь и Бог наш, Иисус Христос, благодатию и щедротами Своего человеколюбия да простит ти, чадо (имя), вся согрешения твоя . И аз, недостойный иерей, властию Его мне данною, прощаю и разрешаю тя от всех грехов твоих , во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа, аминь».

Итак, не стоит верить суевериям, про какое-то магическое прощение забытых грехов при Соборовании. В Церкви есть Таинство Покаяния, но нет «таинства прощения перечисленных грехов».

Справедливости ради следует добавить, что само чинопоследование Елеосвящения и болезнь, приковавшая человека к постели, способствуют его покаянному настрою, помогающему осознать забвенные грехи (на которые человек мог просто не обращать внимания, будучи здоровым) и осознанно раскаяться в них. Автоматическое же, неосознанное покаяние противоречит самой его сути.

6) Неоднократное соборование в течение одной и той же болезни.

Согласно Православной Энциклопедии «соборование в одной и той же болезни, продолжающейся непрерывно, большинство богословов вслед за свт. Петром (Могилой) запрещают. В Требнике Петра Могилы указано, что на протяжении одной болезни соборуются один раз. Если болезнь хроническая и человек не получает в Таинстве Елеосвящения исцеление, то в следующем году с этой болезнью он собороваться не может.

Однако свт. Филарет (Дроздов) писал в письме архимандриту Иоанникию, наместнику Чудова монастыря, что совершение Елеосвящения всегда благотворно и не может ограничиваться случаями тяжёлой болезни и близости смерти и «едва ли когда может быть погрешительным». Считаю, что данная фраза могла иметь в виду не многократное совершение Таинства в одной болезни, а лишь тяжесть болезни.

7) Вопрос количества пресвитеров для совершения Таинства.

Требником предполагается, что Таинство должны совершать семь священников, что символизирует полноту Церкви. В современном Требнике [10] таинство Елеосвящения именуется как: «Таинство святаго елеа, певаемое от седми священников, собравшихся в церкви или в дому».
Вероятнее всего такое установление произошло от обычая посещать клириками болящего в продолжение седмицы.

По словам священника Даниил Ранне: «Если мы будем рассматривать с этого периода, то увидим интересную традицию совершения этого Таинства Константинопольской Церковью в XI веке. Оно свершалось следующим образом. Приглашали семь священников к человеку, который хотел собороваться, и у него дома совершали Божественную Литургию. Следовательно, это не был заурядный человек, это был состоятельный по тем временам человек, потому что не каждый мог себе позволить иметь домовый храм. При совершении Божественной Литургии священники мазали больного маслом, над которым читали молитву. Семь священников подходили к нему, и с молитвами семь раз помазывали, при том молитву они выбирали себе сами. Было около двадцати молитв, которые они использовали. […] И это Таинство совершалось не в один день, оно совершалось на протяжении семи дней, когда священники семь дней подряд приходили, совершали Божественные Литургии, мазали болящего, весь его дом и людей, находящихся в этом доме. Но со временем, уже ближе к 13-14 веку, это Таинство сократилось, и его уже употребляли не семь дней подряд, а один день. Но сохранили число семь, потому что читали семь Евангелий, и было семь помазаний, и семь молитв, которые читали над больным человеком» [11] .

В настоящее время совершение Таинства семью священниками возможно лишь в крупных соборах или для членов Церкви, которые близки большому числу священников.

Можно считать данное число лишь библейским символом, но не обязательным элементом чинопоследования. В Новой скрижали об этом сказано так: «В крайней нужде один священник, совершающий таинство елеосвящения, совершает его силою всей Церкви, которой он есть служитель и которой лице в себе представляет: ибо вся власть Церкви содержится во едином священнике» [12] .

8) Можно ли совершать Елеосвящения над больными, которые находятся в бессознательном состоянии или при смерти?

Так как нельзя причащать больного без сознания, то есть мнение, что для подобного случая и существует Соборование.

В современной практике далеко не каждый священник пойдёт соборовать неизвестного ему человека в бессознательном состоянии. Как правило, делаются исключения для своих духовных чад и тех (главным образом воцерковлённых христиан), кто засвидетельствовал желание собороваться перед тем, как впал в бессознательное состояние. Такой подход следует в этом вопросе синодальной практике, допускающей совершение Соборования в случае, если «больной прежде выражал желание принять таинство, если не словом, то каким-либо знаком – движением рук или глаз показал своё сердечное сокрушение и раскаяние в грехах» [13] .

Таким образом, важна воля самого больного, вполне возможно, что он уже не желает бороться за своё физическое существование, а хотел бы отойти ко Господу. В данном случае, вместо того, чтобы просить Господа восставить человека от болезни и надеяться на прощение его грехов, целесообразно (если он ещё в сознании), исповедать и причастить его, а затем прочесть Канон на разлучение души от тела.

Отношение к Елеосвящению, как посмертному помазанию, характерное для латинского схоластического богословия, благодаря просветительской работе, ныне уже ушло в прошлое.

Последование Елеосвящения над умершими, известное по греческим и славянским рукописям XV-XVI веков, полностью вышло из употребления, будучи объективно подвергнуто запрету в XVII в. (164 правило Номоканона при Большом Требнике).

9) Возможно ли соборование женщин в период месячного очищения?

Протоиерей Максим Козлов: «Как частный случай можно сказать и о том, что помимо совершенно особенных ситуаций женщины в период регулярной немощи не приступают к соборованию, как и к любому другому таинству» [14] . Чуть позже им же сделана оговорка: «я думаю, если речь идет о ситуации, когда храм единственный и в реальной досягаемости других нет, а Соборование совершается только раз в году, нахождение в женской немощи не может быть препятствием к тому, чтобы прибегнуть к Таинству. Впрочем, благоразумнее будет заранее поговорить об этом со священником в храме, где Соборование совершается» [15] .

Есть и противоположные мнения. Иерей Олег Анохин: «Что же касается конкретного таинства соборования, то в этом случае мы можем вооружится прямым примером из Святого Евангелия — тем случаем, когда кровоточивая т.е. постоянно находящаяся по иудейским обычаям в нечистоте женщина, дерзнула прикоснуться к самому Спасителю и через это получила исцеления. Я также рекомендую вам взять пример с дерзновения этой женщины и смело приступить к соборованию не взирая на женские циклы и все мысли обращая только к Богу и Его милосердию» [16] .

Священник Константин Пархоменко подробно рассмотрел эту проблему применительно к Евхаристии в своей работе «О так называемой женской нечистоте».
Вывод, который он делает, сводится к тому, что соборного мнения по данному вопросу нет, хотя есть и весьма авторитетные мнения святых отцов, но всё же это не каноны Церкви. Его личное мнение, с которым сложно не согласиться, прочитав статью: «не следует ни на какие естественные процессы организма обращать внимание — оскверняет человека лишь грех» [17] .

10) Вопрос взятия участниками таинства остатков масла (или же специально принесенного для освящения масла) после совершения священнодействия домой для помазания им и использования его в пищу.

Наличие такого обычая в современной Церкви можно объяснить сходством ее с раннехристианской практикой освящения елея для использования в домашних условия. Однако в древней Церкви это был специально освященный для этого елей. Наличие подобной практики, связанной с Таинством Елеосвящения сложно оправдать, т.к. не имеется исторических и догматических тезисов в её защиту. Акцент в данном случае, вольно или невольно смещается на масло, а не на молитву и надежду благодатной помощи от Бога, особенно у людей малоцерковных.

Ещё один аспект затрагивает священник Евгений Горячев: «Имеет ли право человек, участвовавший в Соборовании, отдавать масло, принесенное из церкви, человеку, который в этом Таинстве не участвовал, но который просит его об этом? Для меня это и по сей день вопрос открытый. Потому что поделиться святой водой с кем-то, придя из церкви 19 января, это одно, а другое — поделиться маслом, которое дано именно тебе, поскольку ты назвал себя больным, ты участвовал в этом Таинстве, ты молился. Отдавать человеку, который не молился? Конечно, сила веры велика, но я все-таки предпочитаю говорить прихожанам, что это именно ваше масло, подразумевая отсечение от употребления этих материй теми людьми, которые не хотят духовно трудиться» [18] .

В заключении хочу сказать, что исторически происходила определённая эволюция взглядов на Таинство Елеосвящения и наше время позволяет делать взвешенные выводы, основанные на длительном историческом опыте и его последствиях. В частности хотелось бы выразить удовлетворение о том, что неоднозначные пастырско-литургические вопросы совершения Таинства Елеосвящения в последние годы не только обсуждаются на семинарах и конференциях, но и находят соборное решение. 16 октября 2012 года состоялось очередное заседание комиссии Межсоборного присутствия по вопросам богослужения и церковного искусства, которая утвердила окончательную редакцию документа «О чинопоследовании Елеосвящения» [19] , давшего ориентиры по ряду рассмотренных в данной работе вопросам. Несомненной заслугой работы Межсоборного присутствия является также разработка сокращенного чина Елеосвящения для экстренных случаев: Последование святаго елеа, совершаемое поскору.

Рекомендую небольшой фильм, рассказывающий о Таинстве Соборования:

источник

В этой статье мы приведём цитаты святых и проповедников о том, можно ли с месячными ходить в церковь. Статья о том, как оставаться женщиной в монастыре.

От редакции: Статья инокини Вассы (Лариной) вызвала бурную дискуссию в англоязычном интернете – множество обсуждений, ссылок, развернутые ответные публикации. Портал «Православие и мир» перевел основные тексты дискуссии на русский язык.

Перевод с английского Юлии Зубковой специально для “Православие и мир“. Редакция портала благодарит инокиню Вассу за большую помощь в работе над русским текстом.

Когда я поступила в женский монастырь Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ) во Франции, меня ознакомили с ограничениями, которые накладываются на сестру во время менструации. Хотя ей было позволено ходить в церковь и молиться, не разрешалось ни причащаться, ни прикладываться к иконам или прикасаться к антидору, ни помогать печь просфоры или раздавать их, ни помогать при уборке храма, ни даже возжигать лампаду или светильник, висящий перед иконой в своей собственной келии – это последнее правило мне объяснили, когда я заметила незажженную лампаду в иконном углу другой сестры. Я не помню чтобы кто-либо из нас пытался подвергнуть эти установления сомнению, ни чем-либо обосновать их – мы просто предполагали, что менструация – это вид «нечистоты», и нам следовательно надо держаться подальше от вещей освященных, чтобы так или иначе не осквернить их.

Сегодня в Русской Православной Церкви существуют различные правила в отношении «ритуальной не/чистоты», которые варьируются от прихода к приходу, и чаще всего это зависит от местного священника. Популярная «Настольная книга» Сергия Булгакова исходит из того, что «церковные правила» запрещают женщинам во время менструации как приходить в храм, так и причащаться. [1] В России, однако, женщинам в основном разрешается приходить в храм во время менструации, но нельзя принимать Причастие, целовать иконы, мощи, крест, прикасаться к просфоре и антидору, или же пить святую воду. [2] На приходах за пределами России, насколько мне известно, женщины обычно только воздерживаются от причащения.

Статью, написанную Его Святейшеством Патриархом Сербским Павлом, которая называется «Может ли женщина всегда приходить в храм?» [3], часто приводят, как пример умеренного мнения, которое позволяет женщине с менструацией участвовать во всем, кроме причастия, и которое как будто выступает против понятия «ритуальной нечистоты». Однако патриарх Павел отстаивает другое традиционное ограничение, запрещающее женщине входить в храм и участвовать в любых Таинствах в течение сорока дней после того, как она родила ребенка. [4] Этот запрет, также основанный на понятии «ритуальной не/чистоты», соблюдается в известных мне приходах Русской Православной Церкви Заграницей, как в Германии, так и в США. Однако, можно найти свидетельства на сайтах Московского Патриархата, что такая практика поддерживается не везде, и ставится под вопрос в приходах подведомственных Москве.[5]

Сегодня, в свете «феминистического» богословия [6] и традиционалистской реакции на него [7], существует искушение подойти к вопросу «ритуальной не/чистоты» в политическом или социальном ключе. Действительно, довольно унизительные повседневные импликации упомянутых ограничений могут до известной степени напрягать женщин, привыкших к социо-политической культуре Запада. Тем не менее, Православная Церковь традиционно не имеет социально-политической повестки дня, [8] в силу чего данный аргумент становится неуместным для Церкви с этой точки зрения. Более того, опасение, что что-то может быть «унизительным» для женщины, чуждо православному благочестию, которое фокусируется на смирении: когда мы встречаем препятствия, ограничения, огорчения и т.п., мы учимся познавать свою греховность, возрастать в вере и надежде на спасительную милость Божью.

Таким образом, отставив интересы равноправия, я хотела бы привлечь ваше внимание к богословскому и антропологическому содержанию понятия «ритуальной не/чистоты». Ибо наша церковная жизнь не сводится, в конечном итоге, к следованию определенным правилам, чтению определенных молитв и положенным земным поклонам или даже к смирению как таковому. Дело в богословском и антропологическом значении всего этого. Совершая эти вещи, мы исповедуем определенный смысл, определенную истину нашей веры. Поэтому сегодня я задам вопрос: в чем смысл отказа от Причастия во время менструации? Что это говорит о женском теле? В чем смысл запрета входить в храм после рождения младенца? Что этим утверждается о чадородии? И что самое важное, согласуется ли понятие «ритуальной не/чистоты» с нашей верой в Иисуса Христа? Откуда оно берет начало и что значит для нас сегодня?

Рассмотрим библейские, канонические и литургические источники, чтобы попытаться дать ответы на эти вопросы.[9]

Самые ранние библейские свидетельства о ритуальных ограничениях для женщин во время менструации мы находим в Ветхом Завете, Левит 15:19-33. Согласно Левиту, не только менструирующая женщина была нечистой – любой человек, коснувшийся ее, также становился нечистым (Левит 15:24), приобретая некоторого рода нечистоту через прикосновение. В последующих главах Левита (17-26, Закон Святости), сексуальные отношения с женой в это время были строго воспрещены. Считалось, что и деторождение, подобно менструации, также сообщает нечистоту, и на родившую женщину налагались похожие ограничения (Левит 12).

Евреи были далеко не единственными в древнем мире, кто вводил такие предписания. Языческие культы также включали запреты, связанные с заботой о “ритуальной чистоте”: считалось, что менструация оскверняет и делает языческих жриц неспособными осуществлять свои культовые обязанности в храмах [10], священнослужителям следовало избегать менструирующих женщин любой ценой под страхом осквернения [11], считалось, что рождение ребенка также оскверняет. Тем не менее, евреи были особым случаем. Кроме своего исключительного гнушения кровью (Левит 15: 1-18), [13] древние евреи придерживались верования в опасность женского кровотечения, которое постепенно утверждалось, и еще более укрепилось в позднем иудаизме: Мишна, Тосефта и Талмуд еще более подробны по этому поводу, чем Библия. [15]

На самой заре Нового Завета Cама Пресвятая Дева Мария подчиняется требованиям «ритуальной чистоты». Согласно Протоевангелию Иакова, апокрифическому тексту 2-го века, который послужил источником нескольких церковных Богородичных праздников, Пресвятая Дева живет в храме в возрасте от двух до двенадцати лет, когда она была обручена Иосифу и отправлена жить в его дом «чтобы она не осквернила святилище Господа» (VIII,2) [16].

Когда Иисус Христос начал проповедовать, в деревнях Иудеи прозвучала совершенно новая весть, поставившая под сомнение глубоко укоренившиеся положения благочестия – как фарисейского, так и древнего мира в целом. Он провозгласил, что только злые намерения, которые исходят из сердца, оскверняют нас (Марк 7:15). Наш Спаситель таким образом поместил категории «чистоты» и «нечистоты» исключительно в области совести [17]– сфере свободной воли по отношению к греху и добродетели, освободив верных от древнего страха осквернения от неконтролируемых явлений материального мира. Сам Он без колебаний беседует с самарянкой, а это также считалось евреями в некоторой степени оскверняющим. [18] Более того, Господь не упрекает крoвоточивую женщину за то, что она коснулась Его одежд в надежде быть исцеленной: Он исцеляет ее и хвалит ее веру (Матфея, 2:20-22). Почему Христос открывает женщину толпе? Св. Иоанн Златоуст отвечает, что Господь «открывает ее веру всем, чтобы и другие не боялись подражать ей».[19]

Подобным образом апостол Павел оставляет традиционный иудейский подход к ветхозаветным правилам относительно «чистоты» и «нечистоты», допуская их только из соображений христианского милосердия (Рим 14). Общеизвестно, что Павел предпочитает слово «святой» (άγιος) слову «чистый» [20], чтобы выразить близость к Богу, таким образом избегая ветхозаветных предрассудков (Рим 1:7; Кор 6:1, 7:14; 2 Кор 1:1 и т.п.)

Отношение ранней Церкви к Ветхому Завету было непростым и не может быть подробно изложено в рамках данной работы. Ни иудаизм, ни христианство не обладали четкой отдельно сформировавшейся идентичностью в первые века: они разделяли общий подход к некоторым вещам.[21] Церковь ясно признавала Ветхий Завет боговдохновенным Писанием, в то же время отдаляясь со времен Апостольского Собора (Деяния 15) от предписаний Моисеева Закона.

Хотя апостольские мужи, первое поколение церковных писателей после апостолов, едва ли касались Моисеева Закона относительно «ритуальной нечистоты», эти ограничения широко обсуждаются несколько позже, с середины 2-го века. К тому времени становится ясным, что «буква» Моисеева Закона стала чужда христианской мысли, так как христианские писатели пытаются дать ей символическую интерпретацию. Мефодий Олимпийский (300), Иустин Мученик (165) и Ориген (253) трактуют левитические категории «чистоты» и «нечистоты» аллегорически, то есть, как символы добродетели и греха [22]; они также настаивают, что Крещение и Евхаристия являются достаточными источниками «очищения» для христиан.[23] В своем трактате Мефодий Олимпйский пишет: «Ясно, что тот, кто когда-то был очищен через новое рождение (крещение), не может быть более запятнан тем, что упоминается в Законе»[24]. В подобном же духе, Климент Александрийский пишет, что супругам более не нужно омываться после полового акта, что предписывает Моисеев Закон, «потому что», утверждает Св.Климент, «Господь очистил верных через крещение для всех брачных отношений».[25]

И все же кажущееся открытое отношение Климента к сексуальным отношениям в этом отрывке не типично для авторов того времени [26], и даже для самого Климента.[27] Для этих авторов было более характерно считать любые предписания Моисеева Закона символическими, за исключением тех, что касались пола и сексуальности. Фактически, писатели ранней Церкви были склонны к тому, чтобы рассматривать любое проявление сексуальности, включая менструацию, супружеские отношения и деторождение как «нечистые» и таким образом несовместимые с участием в литургической жизни Церкви.

Причин тому было множество. В эпоху, когда учение Церкви еще не кристаллизовалось в определенную догматическую систему, множество идей, философий и откровенных ересей витало в богословском воздухе, некоторые из которых попадали в работы ранних христианских писателей. Пионеры христианского богословия, такие как Тертуллиан, Климент, Ориген, Дионисий Александрийский и другие высокообразованные мужи того времени, частично находились под влиянием дохристианских религиозных и философских систем, которые доминировали в классическом образовании их времени. Например, так называемая аксиома стоицизма, или стоическая точка зрения, согласно которой половой акт оправдан только с целью деторождения [28], повторяется Тертуллианом [29], Лактанцием [30] и Климентом Александрийским [31]. Моисеев запрет в Левите 18:19 на половые отношения во время менструации таким образом приобрел новое обоснование: это было не только «осквернение», если результатом его не было деторождение, оно было грехом даже в браке. Заметьте в этом контексте, что Христос упоминает половые отношения только один раз в Евангелии: «… и двое станут одной плотью» (Матфей 19:5), без упоминания деторождения. [32] Тертуллиан, который принял ультра-аскетическую ересь монтанизма в более поздние годы, пошел дальше, чем многие другие, и даже считал молитву после полового акта невозможной. [33] Знаменитый Ориген печально известным образом подвергся влиянию современной эклектики среднего платонизма, с его характерным пренебрежением ко всему физическому, и материальному миру вообще. Его аскетическая и этическая доктрины, будучи изначально библейскими, также встречаются в стоицизме, платонизме, и в меньшей степени в аристотелианизме. [34] Не удивительно, поэтому, что Ориген рассматривает менструацию как «нечистую» в себе и саму по себе. [35] Он также является первым христианским писателем, который принимает ветхозаветные понятия в Левит 12 о деторождении как о чем-то нечистом. [36] Возможно, важно, что цитируемые теологи происходили из Египта, где иудейская духовность мирно сосуществует с развивающимся христианским богословием: еврейское население, постепенно уменьшаясь с начала 2-го столетия в главном городе Александрии, оказывало зачастую незаметное, но сильное влияние на местных христиан, которые в основном были обращенными из иудеев. [37]

Ситуация была иной в Сирийской столице Антиохии, где сильное еврейское присутствие представляло ощутимую угрозу христианской идентичности. [38] Сирийская Дидаскалия, свидетельство христианской полемики против иудейских традиций 3-го столетия, запрещает христианам соблюдать левитские законы, включая те, которые касались менструации. Автор увещевает женщин, которые воздерживались от молитвы, уроков Писания и Евхаристии в течении семи дней во время менструации: «Если вы думаете, женщины, что вы лишены Духа Святого в течении семи дней вашего очищения, тогда, если бы вы умерли в это время, вы отойдете пустыми и безо всякой надежды». Дидаскалия далее убеждает женщин в присутствии в них Святого Духа, делая их способными участвовать в молитве, чтениях и Евхаристии:

«Теперь подумай об этом и признай, что молитва слышится через Святого Духа, и что Писания – слова Святого Духа и святы. Поэтому если Святой Дух внутри вас, почему вы отдаляете свою душу и не приближаетесь к делу Духа Святого?»[39]

Он наставляет других членов общины следующим образом:

«Вам не следует отделяться от тех, у кого месячные, ведь даже кровоточивая женщина не была укорена, когда коснулась края одежды Спасителя; она скорее была сочтена достойной получить отпущение всех своих грехов». [40]

Примечательно, что этот текст увещевает женщин с менструацией принимать причастие и подкрепляет свое увещевание примером из Святого Писания о кровоточивой женщине в Евангелии от Матфея, 9:20-22.

Примерно столетие спустя, oк. середины 4-го века, мы находим канонические свидетельства против понятия «ритуальной нечистоты» в законодательстве поместного собора, который был созван в Гангре (105 км на север от Анкары) в 341 году н.э. [41] на северном побережье Малой Азии, который осудил крайний аскетизм последователей Евстафия Севастийского (377). [42] Монахи-евстафиане, вдохновленные дуалистическими и спиритуалистическими учениями, распространенным в Сирии и Малой Азии в то время, принижали брак и женатое священство. Против этого Правило 1 Собора гласит: «Аще кто порицает брак и женою верною и благочестивою, с мужем своим совокупляющеюся, гнушается или порицает оную, яко не могущую войти в Царствие: да будет под клятвою». [43] Евстафиане отказывались принимать причастие от женатого священства из соображений «ритуальной чистоты» [44], эта практика была также осуждена Собором, его четвертым правилом:

«Аще кто о пресвитере, вступившем в брак, рассуждает, яко не достоит причащаться приношения, когда таковый совершил литургию: да будет под клятвою». [45]

Что интересно, евстафианство было эгалитарным движением, проповедующим полное равенство полов.[46] Поощрялось таким образом, когда женщины-последовательницы Евстафия стригли свои волосы и одевались как мужчины, чтобы избавиться от всякого подобия женственности, которая, как и все аспекты человеческой сексуальности, считалась «оскверняющей». Заметим, что данная практика женщин-евстафианок напоминает радикальные виды современного феминизма, которые как-бы стремятся избавиться от всех отличий женского пола от мужского. Собор осуждает подобную практику в своем 13-ом правиле: «Аще некая жена, ради мнимого подвижничества, применит одеяние, и, вместо обыкновенные женские одежды, облечется в мужскую: да будет под клятвою». [47]

Отвергнув евстафианское монашество, Церковь отвергла понятие о сексуальности как об оскверняющей, защищая как святость брака, так и богосозданного явления, называемого женщиной.

В свете этих вполне православных древних канонов, как может Церковь сегодня применять на практике каноны, которые однозначно поддерживают представления о «ритуальной не/чистоте»? [48] Как было ранее отмечено, литература Церкви, включая тексты канонов, образовалась не в вакууме, но в социально-культурной исторической реальности древнего мира, который очень верил в ритуальную чистоту и требовал ее. [49] Самое раннeе каноническое правило, налагающeе ограничения на женщин в состоянии ритуальной нечистоты – это Правило 2 Дионисия Александрийского (264), написанное в 262 году по Р.Х.:

«О женах, находящихся в очищении, позволительно ли им в таком состоянии входить в дом Божий, излишним почитаю и вопрошать. Ибо не думаю, чтобы они, если суть верные и благочестивые, находясь в таком состоянии, дерзнули или приступить к Святой Трапезе, или коснуться Тела и Крови Христовых. Ибо и жена, имевшая 12 лет кровотечение, ради исцеления, прикоснулась не Ему, но только к краю одежды Его. Молиться, в каком бы кто ни был состоянии и как бы ни был расположен, поминать Господа и просить помощи – не запрещается. Но приступать к тому, что есть Святая Святых, да запретится не совсем чистому душою и телом».[50]

Отметим, что Дионисий, как и Сирийская Дидаскалия, ссылается на кровоточивую женщину в Матф. 9:20-22, но приходит к совершенно противоположному выводу: что женщина не может принимать причастие. Предполагалось, что Дионисий на самом деле запрещал женщинам входить в святилище (алтарь) но не в саму церковь. [51] Эта гипотеза не только противоречит тексту цитируемого канона, она также предполагает, что миряне некогда принимали причастие в алтаре. Недавние литургические исследования опровергли представление о том, что миряне когда-либо принимали причастие в алтаре.[52] Поэтому Дионисий подразумевал именно то, что написал, и в точности так, как его поняли многие поколения восточных христиан [53]: женщина с менструацией не должна входить в храм Божий, потому что она не полностью чиста духовно и телесно. Интересно, предполагает ли это, что все остальные христиане полностью чисты, «katharoi». Скорее всего, что нет, потому что Церковь осудила тех, кто называл себя «katharoi», или «чистые», древнюю секту новатиан, на Первом Вселенском Соборе в Никее в 325 году по Р.Х. [54]

Православные комментаторы прошлого и настоящего также объясняли правило Дионисия, как нечто связанное с заботой о зачатии детей: комментатор 12-ого века Зонара (после 1159 по Р.Х.), отрицая понятие ритуальной нечистоты, приходит к смущающему выводу, что истинная причина этих ограничений для женщин – «воспрепятствовать мужчинам спать с ними…чтобы дать возможность зачатию детей». [55] Итак, женщины клеймятся нечистыми, не допускаются в храм и к Святому Причастию, чтобы помешать мужчинам спать с ними? Не рассматривая предпосылку «секс только для чадородия» этого аругмента, он вызывает другие, более очевидные вопросы: неужели мужчины каким-то образом более склонны спать с женщинами, которые были в церкви и приняли Таинство? Почему, иначе, женщины должны воздерживаться от причащения? Некоторые священники в России предлагают другое объяснение: женщины слишком устают в таком состоянии, чтобы внимательно слушать молитвы литургии и поэтому не могут подготовить себя достаточным образом к Святому Причастию. [56] Точно такое же рассуждение предлагается в случае женщин, которые родили ребенка: им надо отдыхать 40 дней. [57] То есть, неужели причастие не должно подаваться всем уставшим, больным, пожилым или еще почему-либо слабым людям? Как насчет слабослышащих? Ведь им тоже трудно внимательно слушать молитвы Литургии.
Как бы там ни было, существуют несколько других канонических текстов, налагающих ограничения на женщин в «нечистоте»: Правило 6-7 Тимофея Александрийского (381 н.э.), который распространяет запрет и на крещение [58] и Правило 18 так называемых Канонов Ипполита, относительно родивших женщин и повитух. [59] Примечательно, что oба эти правила, как и Правило 2 Дионисия, египетского происхождения.

Похожим образом обстояли дела на Западе, где церковная практика обычно считала женщин во время менструации «нечистыми» до конца 6-го/начала 7-го столетия.[60] В это время Святитель Григорий, Папа Римский (590-604 н.э.), отец Церкви, которому традиция (неверно) приписывает составление Литургии Преждеосвященных Даров, высказал другое мнение по данному вопросу. В 601 году, св. Августин Кентерберийский, «апостол Англии», (604) писал святителю Григорию и спрашивал, можно ли разрешать женщинам с менструацией приходить в церковь и к Причастию. Я процитирую святителя Григория подробно:

«Не следует запрещать женщине во время месячных входить в церковь. Ведь нельзя ставить ей в вину ту излишнюю материю, которую природа извергает и то, что с ней бывает не произвольно. Ибо мы знаем, что женщина, страдающая от кровоистечения смиренно приступила сзади ко Господу, прикоснулась ко краю Его одежды, и ее недуг тотчас оставил ее. Итак, если страждущая от кровоистечения смогла с похвалой прикоснуться к одежде Господа, каким образом может быть противозаконно, чтобы испытывающие месячное кровоистечение заходили в храм Господень?

… Нельзя в такое время и запрещать женщине принимать таинство Cвятого Причащения. Если же она не решится принять его из великого благоговения (ex veneratione magna), она достойна похвалы (laudanda est); а если примет, она не осуждается (non judicanda). Благонамеренные души видят грех даже там, где греха нет.

Ибо часто совершается безвинно то, что произошло от греха: когда мы испытываем голод, это случается без греха. В то же время то, что мы испытываем голод – вина первого человека. Менструация – не грех. На самом деле, это чисто естественный процесс. Но то обстоятельство, что природа до той степени нарушена, что она представляется запятнанной (videatur esse polluta) даже против человеческой воли – это последствие греха…

Итак, eсли женщина сама подумает над этими вещами, и решит не приступать к принятию таинства Тела и Крови Господних, она да будет хвалима за свою праведную мысль. Если же она примет [Святое Причастие], будучи объята любовью к этому таинству по обычаю своей благочестивой жизни, не следует, как мы уже сказали, ей в этом препятствовать». [61]

Заметьте, что Свт. Григорий понимает евангельское сказание о кровоточивой женщине – подобно Сирийской Дидаскалии – как аргумент против предписаний ритуальной не/чистоты.

В период раннего средневековья политика, которую ввел святитель Григорий, перестала применяться, и женщин с месячными не допускали к причастию и зачастую учили их стоять перед входом в Церковь. [62] Эти практики были обычными на Западе еще в 17-ом столетии. [63]

Что касается истории подобных обычаев в России, понятие «ритуальной нечистоты» было известно славянам-язычникам задолго до принятия ими христианства. Славяне-язычники, как и древние язычники в целом, полагали, что любое проявление сексуальности ритуально оскверняет. [64] Это поверие осталось по сути неизменным в Древней Руси после ее крещения.

Русская Церковь имела особо строгие правила относительно женской «нечистоты». В 12-ом веке в «Вопрошании Кирика» епископ Нифонт Новгородский объясняет, что если женщине случилось родить ребенка внутри церкви, церковь следовало опечатать на три дня, и затем переосвятить специальной молитвой. [65] Даже жена царя, царица, должна была рожать за пределами своего жилища, в бане или «мыльне», чтобы не осквернять обитаемое здание. После того, как ребенок родится, никто не мог покинуть баню или войти в нее, пока не приедет священник и не прочтет очистительную молитву из Требника. Только после прочтения этой молитвы отец мог войти и увидеть ребенка. [66] Если месячные у женщины начались, когда она стояла в храме, она должна была покинуть его немедленно. Если она этого не делала, ей полагалась епитимья в 6 месяцев поста с 50-ю земными поклонами в день.[67] Даже если женщины не были в состоянии «нечистоты», они принимали причастие не у Царских врат с мужчинами-мирянами, но у Северных врат.[68]

Специальная молитва Требника Русской Православной Церкви, которая даже сегодня читается в первый день после рождения ребенка, просит у Бога «очистить мать от скверны…» и продолжает «и прости рабе твоей сей, имярек, и всему дому, в немже родися отроча, и прикоснувшымся ей, и зде обретающымся всем…».[69] Хочется спросить, почему мы просим прощения для всего дома, для матери и всех прикасавшимcя к ней? С одной стороны мне известно, что левитские законы содержали понятие осквернения через прикосновение. Поэтому я знаю, почему ветхозаветные верующие считали грехом прикасаться к «нечистому». И я знаю, что язычники боялись истечения крови и во время родов, и во время месячных, так как верили, что это привлекает демонов. Однако, не могу вам сказать, почему сегодня верные просят прощения за то, что прикасались к женщине или являются женщиной, которая родила ребенка, потому что я просто не знаю.

Другой ряд молитв читается 40 дней спустя, когда матери разрешается прийти в храм для обряда воцерковления. По этому случаю священник молится за мать следующим образом:

«очисти от всякаго греха, и от всякия скверны … да неосужденно сподобится причаститися святых твоих таин …омый ея скверну телесную, и скверну душевную, во исполнении четыредесяти дней: творяй ю достойну и причащения честнаго тела и крове твоея..» [70]

Сегодня часто говорят, что женщина не ходит в церковь сорок дней после рождения ребенка из-за физической усталости. Однако, цитируемый текст говорит не о ее способности участвовать в литургической жизни, но о ее достоинстве. Рождение (не зачатие) ее ребенка, согласно этим молитвам, стало причиной ее физической и душевной «нечистоты» (скверны). Это похоже на рассуждения Дионисия Александрийского о менструации: она делает женщину не совсем чистой «и душей, и телом».

Не удивительно, что некоторые Православные Церкви уже стремятся к тому, чтобы изменить или удалить тексты Требника, основанные на догматически уязвимых представлениях о деторождении, браке и нечистоте. Я процитирую решение Священного Синода Антиохийского, который проходил в Сирии 26 Мая 1997 года, под председательством Блаженнейшего патриарха Игнатия IV:

Было решено дать патриаршее благословение изменить тексты малого Требника касательно брака и его святости, молитв о женщинах, которые родили и входят в храм в первый раз, и тексты заупокойных служб.[71]

Богословская конференция, которая собиралась на Крите в 2000 году пришла к аналогичным выводам:

Теологам следует… написать простое и адекватное объяснение службы воцерковления и адаптировать язык самого обряда так, чтобы он отражал богословие Церкви. Это будет полезным для мужчин и женщин, которым следует дать истинное объяснение службы: что она существует как акт приношения и благословения рождения ребенка, и что его следует совершать как только мать готова возобновить нормальную деятельность вне дома…

Мы просим Церковь уверять женщин, что их всегда привествуют приходить и принимать Святое Причастие за любой литургией, когда они духовно и обрядово готовы, независимо от времени месяца. [72]

Более раннее исследованиe Православной Церкви в Америке также предлагает свежий взгляд на «ритуальную нечистоту»:

представления о том, что женщины в менструальный период не могут принимать Святое Причастие или целовать крест и иконы, либо печь хлеб для Евхаристии, или даже заходить в притвор церкви, не говоря уже об алтарной зоне, это представления и практики, которые являются нравственно и догматически несостоятельными с точки зрения строгого Православного христианства… Святитель Иоанн Златоуст осуждал тех, кто пропагандировал такое отношение, как недостойных христианской веры. Он называл их суеверными и приверженцами мифов. [73]

Такие заявления могут вызвать смущение, т.к. они очевидно пренебрегают определенными каноническими правилами, прежде всего 2-м правилом Дионисия Александрийского. Но такое смущение чаще всего основано на неверном предположении, что церковная “правда” как бы связана и в то же время гарантируется неким неизменным, неприкосновенным, и навсегда для нее обязательным кодексом канонов. Если это было бы так – если истинное благосостояние церковного организма зависело от исполнения канонов, то этот организм бы рассыпался много веков назад. Ибо значительное количество канонов из Книги Правил (из официального канонического кодекса Православной Церкви) не соблюдается уже веками. Церковь предоставляет Своим пастырям значительную степень свободы по отношению к каноническому законодательству, так что в конечном итоге церковная иерархия решает, соответственно божественной “икономии” (домостроительству), как и когда применять каноны – или не применять. Иными словами, Церковь управляет канонами – не каноны Церковью.

Укажем всего лишь на некоторые из канонических правил, которые сегодня не исполняются. Правила 15 Лаодикийского Собора (ок. 363/364 гг.) и 14 Седьмого Вселенского Собора (787 г.) запрещают непосвященным в чтецы и певцы читать или петь в храме. Но у нас практически на каждом приходе поют и читают непосвященные – и мужчины, и женщины, и дети. Правила 22 и 23 того же Лаодикийского Собора запрещают чтецам, певцам, и прислужникам носить орарь, который дается только дьяконам, которые носят его на плече, да иподьяконам, которые его носят крестообразно на обоих плечах. Тем не менее, сегодня на архиерейских богослужениях Русской Православной Церкви можно часто заметить непосвященных прислужников, носящих крестообразно орари подобно иподьяконам. Правило 2-е Константинопольского Собора, бывшего в храме Святой Софии в 879 г., гласит, что епископ не может быть монахом. Точнее, это правило заявляет о несовместимости монашеских обетов с епископским саном. Сегодняшняя практика нашей Церкви явно противоречит принципу, который утверждается этим каноном. Правило 69 Трулльского Собора (691/2 гг.) запрещает всем мирянам – кроме императора – заходить в алтарь. Замечу, что я никогда не видела, чтобы женщины нарушали это каноническое правило. Но мужчины и мальчики достаточно свободно заходят в алтарь во всех русских православных храмах, в которых я бывала. Можно было бы спросить, равно ли обязательно как женщинам, так и мужчинам соблюдать каноническое законодательство, или каноны как-то более обязательны для женщин?

Как бы то ни было, моя цель ни оправдать, ни осудить нарушение вышеуказанных канонов. Такое суждение – как уже сказано – прерогатива церковной иерархии. Я имею в виду лишь указать на то очевидное обстоятельство, что мы пренебрегаем множеством канонических правил. На самом деле, это вполне соответствует традиционной практике Православной Церкви, и само по себе не составляет угрозу Её благосостоянию: как мы видим, Церковь совершала и совершает Свою спасительную миссию при нарушении и даже совершенном оставлении определенных канонических правил – ежедневно, и веками.

Я напишу краткое заключение, потому что тексты говорят за себя. Внимательное рассмотрение источников и природы понятия «ритуальной нечистоты» обнаруживает достаточно смущающее, и по сути нехристианское явление под маской православного благочестия. Независимо от того, попало ли это понятие в церковную практику под прямым влиянием иудаизма и/или язычества, оно не имеет обоснования в христианской антропологии и сотериологии. Православные христиане, мужчины и женщины, были очищены в водах крещения, погребены и воскресли со Христом, Который стал нашей плотью и нашей человечностью, попрал смертию смерть и освободил нас от ее страха. И все же мы сохранили практику, которая отражает ветхозаветеный страх перед материальным миром. Поэтому вера в «ритуальную нечистоту» не является в первую очередь социальным вопросом, и беда не в первую очередь в уничижении женщины. Речь скорее идет об уничижении Воплощения Господа Нашего Иисуса Христа и его спасительных последствий.

1. Настольная книга священно-церковнослужителя (Харьков 1913), 1144.
2. См. Вопросы-ответы о.Максима Козлова на сайте храма мц.Татианы в Москве: www . st – tatiana . ru / index . html ? did =389 (15 January 2005). Cр. A. Klutschewsky, “Frauenrollen und Frauenrechte in der Russischen Orthodoxen Kirche,” Kanon 17 (2005) 140-209.
3. Впервые опубликовано на русском и немецком в ежеквартальном журнале Берлинской епархии РПЦЗ в Германии: “Может ли женщина всегда посещать храм?” Вестник Германской епархии 2 (2002) 24-26 и позднее онлайн: http://www.rocor.de/Vestnik/20022/.

4 . Этот запрет соблюдается согласно Требнику Русской Православной Церкви. См . английскийперевод : Book of Needs of the Holy Orthodox Church, trans. by G. Shann, (London 1894), 4-8.
5 . См. сайты приходов московского патриархата в США: www . russianchurchusa . org / SNCathedral / forum / D . asp ? n =1097;
и www . ortho – rus . ru / cgi – bin / ns .
6 . См. Выводы Межправославной консультации о месте женщины в Православной Церкви и вопросе рукоположения женщин (Родос, Греция, 1988). См . также
www.womenpriests.org/traditio/unclean .
7 . Например , K. Anstall, “Male and Female He Created Them”: An Examination of the Mystery of Human Gender in St. Maximos the Confessor Canadian Orthodox Seminary Studies in Gender and Human Sexuality 2 (Dewdney 1995), esp. 24-25.
8 . Cр. G. Mantzaridis, Soziologie des Christentums (Berlin 1981), 129ff; id., Grundlinien christlicher Ethik (St. Ottilien 1998), 73.
9 . Желающих углубить мой весьма краткий обзор исторических и канонических источников относительно ритуальной нечистоты можно отослать к следующему исперпывающему исследованию: E . Synek , „ Wer aber nicht v ö llig rein ist an Seele und Leib …” Reinheitstabus im Orthodoxen Kirchenrecht,” Kanon Sonderheft 1, (München-Egling a.d. Paar 2006).
10 . E. Fehrle, Die kultische Keuschheit im Altertum in Religionsgeschichtliche Versuche und Vorarbeiten 6 (Gießen 1910), 95.
11 . Тамже , 29.
12 . Там же, 37.
13 . Cр. R. Taft, “Women at Church in Byzantium: Where, When – and Why?” Dumbarton Oaks Papers 52 (1998) 47.4
14 . I. Be’er, “Blood Discharge: On Female Impurity in the Priestly Code and in Biblical Literature,” in A.Brenne r (ed.), A Feminist Companion from Exodus to Deutoronomy (Sheffield 1994), 152-164.
15 . J. Neusner, The Idea of Purity in Ancient Judaism (Leiden 1973).
16 . M. James, The Apocryphal New Testament (Oxford 1926), 42. Cр. Taft, “Women” 47.
17 . D. Wendebourg, “Die alttestamentli chen Reinheitsgesetze in der frühen Kirche,“ Zeitschrift20für Kirchengeschichte 95/2 (1984) 149-170.
18 . Cр. Samariter,“ Pauly-Wissowa II, 1, 2108.
19. In Matthaeum Homil. XXXI al. XXXII, PG 57, col. 371.

20. Wendebourg, “Reinheitsgesetze” 150.
21 . E. Synek, “Zur Rezeption Alttestamentlicher Reinheitsvorschriften ins Orthodoxe Kirchenrecht,” Kanon 16 (2001) 29.
22 . См. ссылки у Wendebourg, “Reinheitsgesetze” 153-155.
23 . Justin, Dialog. 13; Origen, Contr. Cels. VIII 29.
24 . V, 3. C р . Wendebourg, “Reinheitsgesetze” 154.
25 . Stromata III/XII 82, 6.6
26 . Сзаметнымисключениемсв . Иринея, который не рассматривал сексуальность как результат грехопадения. См. Adv . Haer. 3. 22. 4. Cр. J. Behr, “Marriage and Asceticism,” unpublished paper at the 5th International Theological Conference of the Russian Orthodox Church (Moscow Nov. 2007), 7.
27 . J. Behr, Asceticism and Anthropology in Irenaeus and Clement (Oxford 2000), 171-184.
28 . S. Stelzenberger, Die Beziehungen der frühchristlichen Sittenlehre zur Ethik der Stoa. Eine moralgeschichtliche Studie (München 1933), 405ff.
29 . De monogamia VII 7, 9 (CCL 2, 1238, 48ff).
30 . Div. Institutiones VI 23 (CSEL 567, 4 ff).
31 . Paed. II/X 92, 1f (SC 108, 176f).
32 . Сf. Behr, “Marriage and Asceticism,” 7.
33 . De exhortatione castitatis X 2-4 (CCL 15/2, 1029, 13ff). С f . Wendebourg , “ Reinheitsgesetze ” 159.
34 . Множество исследований было написано по поводу взаимоотношений Оригена с философскими течениями его времени. Резюме современных исследований по теме см. у D . I . Rankin , From Clement to Origen . The Social and Historical Context of the Church Fathers, (Aldershot-Burlington 2006), 113-140.
35 . Cat.in Ep. ad Cor. XXXIV 124: C. Jenkins (ed.), “Origen on 1 Corinthians,” Journal of Theological Studies 9 (1908) 502, 28-30.
36 . Hom. in Lev. VIII 3f (GCS 29, 397, 12-15).
37 . См. L. W. Barnard, “The Background of Early Egyptian Christianity,” Church Quarterly Rev. 164 (1963)
434; также M. Grant, The Jews in the Roman World (London 1953), 117, 265. Cр. ссылки у Wendebourg, “Reinheitsgesetze” 167.
38 . См . M. Simon, Recherches d’Histoire Judéo-Chrétenne (Pa ris 1962), 140ff., и M. Grant, Jewish Christianity at Antioch in the Second Century,” Judéo-Christianisme (Paris 1972) 97-108. Cр. ссылки у Wendebourg, “Reinheitsgesetze” 167.8
39 . Didaskalia XXVI. H. Achelis-J. Fleming (eds.), Die ältesten Quellen des orientalischen Kirchenrechts 2 (Leipzig 1904), 139.
40 . Там же 143.
41 . Поповодудатысм . T. Tenšek, L’ascetismo nel Concilio di Gangra: Eustazio di Sebaste nell’ambiente ascetico siriaco dell’Asia Minore nel IV° secolo, Excerpta ex dissertatione ad Doctoratum in Facultae Theologiae Pontificiae Universitatis Gregorianae, (Rome 1991), 23-24.
42 . J. Gribomont, “Le monachisme au IVe s. en Asie Mineure : de Gangres au messalianisme,” Studia Patristica 2 (Berlin 1957), 400-415.
43 . P. Joannou, Fonti. Discipline générale antique (IVe- IXes.), fasc. IX, (Grottaferrata-Rome 1962), t. I, 2,
89. Английскийперевод Кормчей (Pedalion) Д . Каммингса (Chicago 1957), 523.
44 . См . Tenšek, L’ascetismo 17-28.9
45 . Joannou, Discipline 91; The Rudder 524.
46 . Tenšek, L’ascetismo 28.
47 . Joannou, Discipline 94; The Rudder 527.
48 . Оболее позднем развитии понятия о ритуальной нечистоте вВизантиисм . P. Viscuso, „Purity and Sexual Defilement in Late Byzantine Theology,” Orientalia Christiana Periodica 57 (1991) 399-408.
49 . Сf. H. Hunger, “Christliches und Nichtchristliches im byzantinischen Eherecht,“ Österreichisches Archiv für Kirchenrecht 3 (1967) 305-325.
50 . C. L. Feltoe (ed.), The Letters and Other Remains of Dionysius of Alexandria (Cambridge 1904), 102-
103. Поповодудатыиподлинностисм . P. Joannou, Discipline générale antique (IVe- IXes.) 1-2 (Grottaferratta-Rom 1962), 2, 12. Перевод адаптирован по Кормчей 718.
51 . Патриарх Павел , “ Может ли женщина всегда посещать храм” 24.
52 . R. F . Taft, A History of the Liturgy of St. John Chrysostom, Volume VI. The Communion, Thanksgiving, and Concluding Rites, Rome 2008 (OCA 281), 204-207, 216.
53 . См. комментарий Феодора Вальсамона ( ca . 1130/40- post 1195) на это правило : In epist . S. Dionysii Alexandrini ad Basilidem episcopum, can. 2, PG 138: 465C-468A.
54 . Can . 8, Rallis – Potlis II , 133.
55 . Английский перевод Кормчей 719. Зонару дословно цитирует патриарх Павел в “Может ли женщина всегда посещать храм” 25.11
56 . Klutschewsky , “ Frauenrollen ” 174.
57. См. Вопросы-ответы о.Максима Козлова на сайте храма мц.Татианы в Москве: www.st-tatiana.ru/index.html?d > 58. CPG 244; Joannou, Discipline II, 243-244, 264.
59. W. Riedel, Die Kirchenrechtsquellen des Patriarchats Alexandrien (Leipzig 1900), 209. See English translation in P. Bradshaw (ed.), The Canons of Hippolytus, English trans. by C. Bebawi (Bramcote 1987), 20.

60. P. Browe, Beiträge zur Sexualethik des Mittelalters, Breslauer Studien zur historischen Theologie XXIII (Breslau 1932). О развитии понятия ритуальной нечистоты на Западе в связи с целибатом священства см. H. Brodersen, Der Spender der Kommunion im Altertum und Mittelalter. Ein Beitrag zur Geschichte der Frömmigkeitshaltung, UMI Dissertation Services, (Ann Arbor 1994), 23-25, 132.12

61. PL 77, 1194С – 1195В.
62. On the debate in the West as to whether menstruating women could take part in liturgical life see: J. Flandrin, Un Temps pour embrasser: Aux origines de la morale sexuelle occidentale (VIe-XIe s.) (Paris 1983), 11, 73-82.
63. Там же, 14.
64. E. Levin, Sex and Society in the World of the Orthodox Slavs 900-1700 (Ithaca-London 1989), 46.
65. Вопрошание Кирика, Русская историческая библиотека VI (Санкт-Петербург 1908), 34, 46.
66. И.Забелин. Домашний быт русских царей в XVI I XVII столетиях (Москва 2000), том II, 2-3.
67. Требник (Киев 1606), ff. 674v-675r. Цит.по Levin, Sex and Society 170.
68. Б.Успенский, Царь и патриарх (Москва 1998), 145-146, примечания 3 и 5.
69. “Молитва в первый день по внегда родити жене отроча,” Требник (Москва 1906), 4v-5v.
70. “Молитвы жене родильнице по четыредесяти днех,” там же, 8 -9.14
71. Synek, “Wer aber nicht,” 152.
72. Tам же 148.
73. Department of Religious Education, Orthodox Church in America (ed.), Women and Men in the Church. A Study on the Community of Women and Men in the Church (Syosset, New York 1980), 42-43.

1 . Настольная книга священно-церковнослужителя (Харьков 1913), 1144.
2 . См. Вопросы-ответы о.Максима Козлова на сайте храма мц.Татианы в Москве:
www . st – tatiana . ru / index . html ? did =389 (15 January 2005). Cр. A. Klutschewsky, “Frauenrollen und Frauenrechte in der Russischen Orthodoxen Kirche,” Kanon 17 (2005) 140-209.
3 . Впервые опубликовано на русском и немецком в ежеквартальном журнале Берлинской епархии РПЦЗ в Германии: “Может ли женщина всегда посещать храм?” Вестник Германской епархии 2 (2002) 24-26 и позднее онлайн: http :// www . rocor . de / Vestnik /20022/ .

4 . Этот запрет соблюдается согласно Требнику Русской Православной Церкви. См . английскийперевод : Book of Needs of the Holy Orthodox Church, trans. by G. Shann, (London 1894), 4-8.
5 . См. сайты приходов московского патриархата в США: www . russianchurchusa . org / SNCathedral / forum / D . asp ? n =1097;
и www . ortho – rus . ru / cgi – bin / ns .
6 . См. Выводы Межправославной консультации о месте женщины в Православной Церкви и вопросе рукоположения женщин (Родос, Греция, 1988). См . также
www.womenpriests.org/traditio/unclean .
7 . Например , K. Anstall, “Male and Female He Created Them”: An Examination of the Mystery of Human Gender in St. Maximos the Confessor Canadian Orthodox Seminary Studies in Gender and Human Sexuality 2 (Dewdney 1995), esp. 24-25.
8 . Cр. G. Mantzaridis, Soziologie des Christentums (Berlin 1981), 129ff; id., Grundlinien christlicher Ethik (St. Ottilien 1998), 73.
9 . Желающих углубить мой весьма краткий обзор исторических и канонических источников относительно ритуальной нечистоты можно отослать к следующему исперпывающему исследованию: E . Synek , „ Wer aber nicht v ö llig rein ist an Seele und Leib …” Reinheitstabus im Orthodoxen Kirchenrecht,” Kanon Sonderheft 1, (München-Egling a.d. Paar 2006).
10 . E. Fehrle, Die kultische Keuschheit im Altertum in Religionsgeschichtliche Versuche und Vorarbeiten 6 (Gießen 1910), 95.
11 . Тамже , 29.
12 . Там же, 37.
13 . Cр. R. Taft, “Women at Church in Byzantium: Where, When – and Why?” Dumbarton Oaks Papers 52 (1998) 47.4
14 . I. Be’er, “Blood Discharge: On Female Impurity in the Priestly Code and in Biblical Literature,” in A.Brenne r (ed.), A Feminist Companion from Exodus to Deutoronomy (Sheffield 1994), 152-164.
15 . J. Neusner, The Idea of Purity in Ancient Judaism (Leiden 1973).
16 . M. James, The Apocryphal New Testament (Oxford 1926), 42. Cр. Taft, “Women” 47.
17 . D. Wendebourg, “Die alttestamentli chen Reinheitsgesetze in der frühen Kirche,“ Zeitschrift20für Kirchengeschichte 95/2 (1984) 149-170.
18 . Cр. Samariter,“ Pauly-Wissowa II, 1, 2108.
19. In Matthaeum Homil. XXXI al. XXXII, PG 57, col. 371.

20. Wendebourg, “Reinheitsgesetze” 150.
21 . E. Synek, “Zur Rezeption Alttestamentlicher Reinheitsvorschriften ins Orthodoxe Kirchenrecht,” Kanon 16 (2001) 29.
22 . См. ссылки у Wendebourg, “Reinheitsgesetze” 153-155.
23 . Justin, Dialog. 13; Origen, Contr. Cels. VIII 29.
24 . V, 3. C р . Wendebourg, “Reinheitsgesetze” 154.
25 . Stromata III/XII 82, 6.6
26 . Сзаметнымисключениемсв . Иринея, который не рассматривал сексуальность как результат грехопадения. См. Adv . Haer. 3. 22. 4. Cр. J. Behr, “Marriage and Asceticism,” unpublished paper at the 5th International Theological Conference of the Russian Orthodox Church (Moscow Nov. 2007), 7.
27 . J. Behr, Asceticism and Anthropology in Irenaeus and Clement (Oxford 2000), 171-184.
28 . S. Stelzenberger, Die Beziehungen der frühchristlichen Sittenlehre zur Ethik der Stoa. Eine moralgeschichtliche Studie (München 1933), 405ff.
29 . De monogamia VII 7, 9 (CCL 2, 1238, 48ff).
30 . Div. Institutiones VI 23 (CSEL 567, 4 ff).
31 . Paed. II/X 92, 1f (SC 108, 176f).
32 . Сf. Behr, “Marriage and Asceticism,” 7.
33 . De exhortatione castitatis X 2-4 (CCL 15/2, 1029, 13ff). С f . Wendebourg , “ Reinheitsgesetze ” 159.
34 . Множество исследований было написано по поводу взаимоотношений Оригена с философскими течениями его времени. Резюме современных исследований по теме см. у D . I . Rankin , From Clement to Origen . The Social and Historical Context of the Church Fathers, (Aldershot-Burlington 2006), 113-140.
35 . Cat.in Ep. ad Cor. XXXIV 124: C. Jenkins (ed.), “Origen on 1 Corinthians,” Journal of Theological Studies 9 (1908) 502, 28-30.
36 . Hom. in Lev. VIII 3f (GCS 29, 397, 12-15).
37 . См. L. W. Barnard, “The Background of Early Egyptian Christianity,” Church Quarterly Rev. 164 (1963)
434; также M. Grant, The Jews in the Roman World (London 1953), 117, 265. Cр. ссылки у Wendebourg, “Reinheitsgesetze” 167.
38 . См . M. Simon, Recherches d’Histoire Judéo-Chrétenne (Pa ris 1962), 140ff., и M. Grant, Jewish Christianity at Antioch in the Second Century,” Judéo-Christianisme (Paris 1972) 97-108. Cр. ссылки у Wendebourg, “Reinheitsgesetze” 167.8
39 . Didaskalia XXVI. H. Achelis-J. Fleming (eds.), Die ältesten Quellen des orientalischen Kirchenrechts 2 (Leipzig 1904), 139.
40 . Там же 143.
41 . Поповодудатысм . T. Tenšek, L’ascetismo nel Concilio di Gangra: Eustazio di Sebaste nell’ambiente ascetico siriaco dell’Asia Minore nel IV° secolo, Excerpta ex dissertatione ad Doctoratum in Facultae Theologiae Pontificiae Universitatis Gregorianae, (Rome 1991), 23-24.
42 . J. Gribomont, “Le monachisme au IVe s. en Asie Mineure : de Gangres au messalianisme,” Studia Patristica 2 (Berlin 1957), 400-415.
43 . P. Joannou, Fonti. Discipline générale antique (IVe- IXes.), fasc. IX, (Grottaferrata-Rome 1962), t. I, 2,
89. Английскийперевод Кормчей (Pedalion) Д . Каммингса (Chicago 1957), 523.
44 . См . Tenšek, L’ascetismo 17-28.9
45 . Joannou, Discipline 91; The Rudder 524.
46 . Tenšek, L’ascetismo 28.
47 . Joannou, Discipline 94; The Rudder 527.
48 . Оболее позднем развитии понятия о ритуальной нечистоте вВизантиисм . P. Viscuso, „Purity and Sexual Defilement in Late Byzantine Theology,” Orientalia Christiana Periodica 57 (1991) 399-408.
49 . Сf. H. Hunger, “Christliches und Nichtchristliches im byzantinischen Eherecht,“ Österreichisches Archiv für Kirchenrecht 3 (1967) 305-325.
50 . C. L. Feltoe (ed.), The Letters and Other Remains of Dionysius of Alexandria (Cambridge 1904), 102-
103. Поповодудатыиподлинностисм . P. Joannou, Discipline générale antique (IVe- IXes.) 1-2 (Grottaferratta-Rom 1962), 2, 12. Перевод адаптирован по Кормчей 718.
51 . Патриарх Павел , “ Может ли женщина всегда посещать храм” 24.
52 . R. F . Taft, A History of the Liturgy of St. John Chrysostom, Volume VI. The Communion, Thanksgiving, and Concluding Rites, Rome 2008 (OCA 281), 204-207, 216.
53 . См. комментарий Феодора Вальсамона ( ca . 1130/40- post 1195) на это правило : In epist . S. Dionysii Alexandrini ad Basilidem episcopum, can. 2, PG 138: 465C-468A.
54 . Can . 8, Rallis – Potlis II , 133.
55 . Английский перевод Кормчей 719. Зонару дословно цитирует патриарх Павел в “Может ли женщина всегда посещать храм” 25.11
56 . Klutschewsky , “ Frauenrollen ” 174.
57. См. Вопросы-ответы о.Максима Козлова на сайте храма мц.Татианы в Москве: www.st-tatiana.ru/index.html?d > 58. CPG 244; Joannou, Discipline II, 243-244, 264.
59. W. Riedel, Die Kirchenrechtsquellen des Patriarchats Alexandrien (Leipzig 1900), 209. See English translation in P. Bradshaw (ed.), The Canons of Hippolytus, English trans. by C. Bebawi (Bramcote 1987), 20.

60. P. Browe, Beiträge zur Sexualethik des Mittelalters, Breslauer Studien zur historischen Theologie XXIII (Breslau 1932). О развитии понятия ритуальной нечистоты на Западе в связи с целибатом священства см. H. Brodersen, Der Spender der Kommunion im Altertum und Mittelalter. Ein Beitrag zur Geschichte der Frömmigkeitshaltung, UMI Dissertation Services, (Ann Arbor 1994), 23-25, 132.12

62. On the debate in the West as to whether menstruating women could take part in liturgical life see: J. Flandrin , Un Temps pour embrasser: Aux origines de la morale sexuelle occidentale (VIe-XIe s.) (Paris 1983), 11, 73-82.
63 . Там же, 14.
64 . E. Levin, Sex and Society in the World of the Orthodox Slavs 900-1700 (Ithaca-London 1989), 46.
65 . Вопрошание Кирика, Русская историческая библиотека VI (Санкт-Петербург 1908), 34, 46.
66 . И.Забелин. Домашний быт русских царей в XVI I XVII столетиях (Москва 2000), том II , 2-3.
67 . Требник ( Киев 1606), ff. 674v-675r. Цит . по Levin, Sex and Society 170.
68 . Б.Успенский, Царь и патриарх (Москва 1998), 145-146, примечания 3 и 5.
69 . “Молитва в первый день по внегда родити жене отроча,” Требник (Москва 1906), 4 v -5 v .
70 . “Молитвы жене родильнице по четыредесяти днех,” там же, 8 -9.14
71 . Synek , “ Wer aber nicht ,” 152.
72 . Tам же 148.
73 . Department of Religious Education, Orthodox Church in America (ed.), Women and Men in the Church. A Study on the Community of Women and Men in the Church (Syosset, New York 1980), 42-43.

источник