Умы бывают трех родов один все постигает сам

Никколо Макиавелли
(итальянский мыслитель, писатель, политический деятель)
(1469—1527)

1. Люди по натуре своей таковы, что не меньше привязываются к тем, кому сделали добро сами, чем к тем, кто сделал добро им

2. Следует заранее примириться с тем, что всякое решение сомнительно, ибо это в порядке вещей, что избегнув одной неприятности, попадаешь в другую.

3. Люди, веря, что новый правитель окажется лучше, охотно восстают против старого, но вскоре они на опыте убеждаются, что обманулись, ибо новый правитель всегда оказывается хуже старого

4. Следует остерегаться злоупотреблять милосердием

5. Об уме правителя первым делом судят по тому, каких людей он к себе приближает

6. Всякая перемена прокладывает путь другим переменам

7. Человек, который желает при всех обстоятельствах пребывать добродетельным, остается лишь гибнуть среди множества тех, кто не добродетелен

8. Люди так простодушны и так поглощены ближайшими нуждами, что обманывающий всегда найдет того, кто даст себя одурачить

9. После смерти я хочу попасть в ад, а не в рай.Там я смогу наслаждаться обществом пап, королей и герцогов, тогда как рай населен одними нищими, монахами и апостолами

10. Добрыми делами можно навлечь на себя ненависть точно так же, как и дурными

11. Достойную осуждения ошибку совершает тот, кто не учитывает своих возможностей и стремится к завоеваниям любой ценой

12. Человек не может заставить себя свернуть с пути, на котором он до сих пор неизменно преуспевал

13. Цель оправдывает средства

14. Избегнув одной неприятности, попадаешь в другую; однако в том и состоит мудрость, чтобы взвесив все возможные неприятности, наименьшее зло почесть за благо

15. Кто хочет жить в мире, тот должен готовиться к войне

16. Всякий видит, чем ты кажешься, немногие чувствуют, кто ты на самом деле

17. Дела, неугодные подданным, государи должны возлагать на других, а угодные — исполнять сами

18. Дружбу, которая дается за деньги, а не приобретается величием и благородством души, можно купить, но нельзя удержать

19. Кому неведомо всегдашнее несоответствие между тем, что человек ищет и что находит?

20. Кто имеет хорошее войско, найдет и хороших союзников

21. Тот, кто имеет союзников, уже не вполне независим

22. Кто меньше полагался на милость судьбы, тот дольше удерживался у власти

23. Нельзя попустительствовать беспорядку ради избегания войны, ибо войны не избежишь, а преимущество в войне потеряешь

24. Лучше проиграть со своими, чем выиграть с чужими, ибо не истинна та победа, которая добыта чужим оружием

25. Люди всегда дурны, пока их не принудит к добру необходимость

26. Люди — враги всяких затруднительных предприятий

27. Любовь плохо уживается со страхом

28. Нет ничего труднее, опаснее и неопределеннее, чем руководить введением нового порядка вещей, потому что у каждого нововведения есть ярые враги, которым хорошо жилось по-старому, и вялые сторонники, которые не уверены, смогут ли они жить по-новому

29. Не следует никому давать советы и пользоваться чужими советами, кроме общего совета — правила каждому — следовать велениям души и действовать смело

30. Нет дела, коего устройство было бы труднее, ведение опаснее, а успех сомнительнее, нежели замена старых порядков новыми

31. Неразумие людей таково, что они часто не замечают яда внутри того, что хорошо с виду

32. Нрав людей непостоянен, и если обратить их в свою веру легко, то удержать в ней трудно

33. Об уме правителя первым делом судят по тому, каких людей он к себе приближает

34. Тяжелую болезнь в начале легче вылечить, но трудно распознать. Когда же она усиливается, ее легче распознать, но уже труднее вылечить

35. Умы бывают трех родов: один все постигает сам; другой может понять то, что постиг первый; третий — сам ничего не постигает и постигнутого другим понять не может

36. Человек осмотрительный, не умеющий сделаться отважным, когда это необходимо, становится причиной своей гибели

37. Чужие доспехи либо широки, либо тесны, либо слишком громоздки

38. В наши времена уже очевидно, что те государи, которые мало заботились о благочестии и умели хитростью заморочить людям мозги, победили в конце концов тех, кто полагался на свою честность

39. Государю нет необходимости обладать всеми добродетелями, но есть прямая необходимость выглядеть обладающим ими

40. Уважать следует того, кто щедр, а не того, кто может быть щедрым

41. Нрав людей непостоянен и если обратить их в свою веру легко, то удержать в ней трудно. Поэтому надо быть готовым к тому, чтобы, когда вера в народе иссякнет, заставить его поверить силой

42. Люди таковы, что, видя добро со стороны тех, от кого ждали зла, особенно привязываются к благодетелям

43. Лишь самонадеянный и дерзкий человек мог бы взяться рассуждать о том, что возвеличено и хранимо Богом

44. Кто проявляет щедрость, чтобы слыть щедрым, вредит самому себе. Ибо, если проявлять ее разумно, о ней никто не узнает, а тебя всё равно обвинят в скупости

45. Скупость – один из тех пороков, которые позволяют государю править

46. На пути к власти щедрость необходима. По достижении власти она вредна

47. Каждый государь желал бы прослыть милосердным, а не жестоким, однако следует остерегаться злоупотреблять милосердием

48. О людях в целом можно сказать, что они непостоянны, склонны к лицемерию и обману, что их отпугивает опасность и влечет нажива

49. Люди меньше остерегаются обидеть того, кто внушает им любовь, чем того, кто внушает им страх

50. Люди скорее простят смерть отца, чем потерю имущества

51. Обладать добродетелью честности и неуклонно ей следовать вредно, тогда как выглядеть обладающим ей – полезно

52. Люди большей частью судят по виду, ибо увидеть дано всем, а потрогать руками – немногим

53. О действиях всех людей, а особенно государей, с которых в суде не спросишь, заключают по результату

54. Презрение государи возбуждают непостоянством, легкомыслием, изнеженностью, малодушием и нерешительностью. Этих качеств надо остерегаться, как огня, стараясь, напротив, в каждом действии являть великодушие, бесстрашие, основательность и твердость

55. Главное средство против заговоров – не навлекать на себя ненависти и презрения подданных и быть угодным народу

56. Ничто не может внушить к государю такого почтения, как военные предприятия и необычайные поступки

57. Государя уважают также, когда он открыто заявляет себя врагом или другом, т.е. когда он без колебаний выступает за одного против другого – это всегда лучше, чем стоять в стороне

58. Люди так тщеславны и так обольщаются на свой счет, что с трудом могут уберечься от льстецов

59. Бывает так, что двое, действуя по-разному, одинаково добиваются успеха. А бывает так, что двое действуют одинаково, но только один из них достигает цели. Зависит же это от того, что один образ действий совпадает с особенностями времени, а другой – нет

60. Фортуна непостоянна, а человек упорствует в своем образе действий, поэтому, пока между ними согласие, человек пребывает в благополучии, когда же наступает разлад, благополучию его приходит конец

61. И все-таки я полагаю, что натиск лучше, чем осторожность, ибо Фортуна – женщина, и кто хочет с ней сладить, должен колоть ее и пинать – таким она поддается скорее, чем тем, кто холодно берется за дело

62. Поэтому она (фортуна), как женщина – подруга молодых, ибо они не так осмотрительны, более отважны и с большей дерзостью ее укрощают

источник

Всякая перемена прокладывает путь другим переменам.

За малое зло человек может отомстить, а за большое не может, из чего следует, что наносимую человеку обиду надо рассчитывать так, чтобы не бояться мести.

Мы навлекаем на себя ненависть, делая как добро, так и зло.

(Добрыми делами можно навлечь на себя ненависть точно так же, как и дурными.)

Об уме правителя первым делом судят по тому, каких людей он к себе приближает; если это люди преданные и способные, то можно всегда быть уверенным в его мудрости, ибо он умел распознать их способности и удержать их преданность. Если же они не таковы, то и о государе заключат соответственно, ибо первую оплошность он уже совершил, выбрав плохих помощников.

Может возникнуть спор, что лучше: чтобы государя любили или чтобы его боялись. Говорят, что лучше всего, когда боятся и любят одновременно; однако любовь плохо уживается со страхом, поэтому, если уж приходится выбирать, то надёжнее выбрать страх.

Умы бывают трех родов: один все постигает сам; другой может понять то, что постиг первый; третий — сам ничего не постигает и постигнутого другим понять не может. Первый ум — выдающийся, второй — значительный, третий — негодный.

Неразумие людей таково, что они часто не замечают яда внутри того, что хорошо с виду.

Из всех зверей пусть государь уподобится двум: льву и лисе. Лев боится капканов, а лиса — волков, следовательно, надо быть подобным лисе, чтобы уметь обойти капканы, и льву — чтобы отпугнуть волков.

Люди же по натуре своей таковы, что не меньше привязываются к тем, кому сделали добро сами, чем к тем, кто сделал добро им.

Ибо дружбу, которая дается за деньги, а не приобретается величием и благородством души, можно купить, но нельзя удержать, чтобы воспользоваться ею в трудное время.

Терять рассудок, делаться больным,
Живым и мертвым стать одновременно,
Хмельным и трезвым, кротким и надменным,
Скупым и щедрым, лживым и прямым;

Все позабыв, жить именем одним,
Быть нежным, грубым, яростным, смиренным,
Веселым, грустным, скрытным, откровенным.
Ревнивым, безучастным, добрым, злым;

В обман поверив, истины страшиться,
Пить горький яд, приняв его за мед,
Несчастья ради счастьем поступиться,

Считать блаженством рая тяжкий гнет, —
Все это значит: в женщину влюбиться;
Кто испытал любовь, меня поймет.

*По техническим причинам, сайт может быть временно недоступен. Приносим свои извинения за доставленные неудобства.

источник

Ибо умы бывают трех родов: один все постигает сам; другой может понять
то, что постиг первый; третий — сам ничего не постигает и постигнутого
другим понять не может.»Государь»

Все эти «когда», «может быть», «если бы» — не позволяй им сбить тебя. То, что ты выбираешь сам, и есть реальность твоей вселенной!

Мужчина, если бы и смог понять, что думает женщина, все равно не поверил бы.

Нет ничего лучше, чем возвращаться туда, где ничего не изменилось, чтобы понять, как изменился ты сам.

Кто утверждает, что деньги могут сделать все, вполне вероятно, сам может сделать все ради денег.

Человек страдает, когда не получает того, чего хочет. Но еще больше он страдает, когда не может понять, чего он хочет.

Озлобленность — первый признак того, что человек несчастен. Каждый даёт миру то, чем наполнен сам. Не обижайтесь на таких людей и не мстите им. Их и так жизнь не радует. Счастливые люди не могут быть злыми!

Именно самые простые истины человек постигает позже всего.

Будь терпимей к чужим ошибкам. Может быть, ты и сам появился на свет по ошибке.

Один мудрый человек сказал: «Мир двоих не понять миллиардам».

Кто счастлив сам, другим зла не желает.

источник

Умён лишь тот, кто так же глуп, как мы.
И в этом осознании струны,
Где Паганини свой талант блистает.
Где вещий свист, и ветер пребывает,
И размывая в волнах образ свой,
Пред всеми возникает гений твой.

Так в жизни обретая мнимые ступени,
Восторженность внесёт в забвение тени,
Всё то, что мигом раньше вызывало смех.
Где пребывал во всём блистательный успех.
И яркой краской новых дней сверкая,
Удача улыбалась всем — другая.

А что сильнее, ум или кулак?
И в этом лабиринте схем, дурак,
Иного толка озарения ожидает.
Он прав по праву, хоть того не знает,
Все годы в осмеянии живёт,
И в этом мире путь свой проведёт,

Туда, где только мнимое согласие,
Где день и ночь сливаются в ненастье.
Где синий лён приемлет алый мак,
И умным вдруг покажется дурак.
А разум, как стекло, разбиться может.
Но совесть отразиться в том не сможет.

Умы бывают трёх родов:
Один всё постигает сам,
Другой понять лишь может то,
Постиг что первый, до него.
А третий — ничего понять,
Постигнуть, так же не способен,

Но ум у третьего удобен,
Лишь для того, чтоб всем кивать.
И разум вновь запутал всё.
Сомнения во всём пребудут.
На жизнь мы смотрим, как в кино,
Где зомби воскрешает Вуду.

А в том, что мало в том ума,
Там трусость рядом прилегла,
А ей для пущего резона,
Нужна лишь власть или корона.
Так трусы власть должны иметь,
Иначе боязно смотреть,

На жизнь, на умных, мудрецов,
И восхваляя подлецов,
Их, согревая спесью дури,
Они в тандеме жизнь глотнули.
Дурак, и трус — одна там масть,
И чтобы в этом не упасть,

Стремятся в прелести одеться.
И воздвигается наследство,
И создадут закон, налог,
На всё про всё, и новый толк,
С непринуждённостью бродяги,
Поднимут в воздух свои стяги.

Есть трусы мозга, трусы сердца.
Безумцы тоже, с того теста,
Им в жизни много не дано,
Но, улыбается оно.
Жестокость — детище у труса.
И крови жажда, как зулуса,

Терзает солнце в полдень-зной,
И где приемлемость, в тупой,
Никчёмной дури прозябает.
Подумать в том, что и не знает,
И не узнает никогда.
Вот так вершатся все дела.

источник

Умы бывают трех родов: один все постигает сам; другой может понять то, что постиг первый; третий — сам ничего не постигает и постигнутого другим понять не может. Первый ум — выдающийся, второй — значительный, третий — негодный.

Все эти «когда», «может быть», «если бы» — не позволяй им сбить тебя. То, что ты выбираешь сам, и есть реальность твоей вселенной!

Есть только два способа прожить свою жизнь:
Первый — так, будто никаких чудес не бывает.
Второй — так, будто все на свете является чудом.

Простить первый раз — мудрость, второй раз — великодушие, третий раз — глупость.

Нет ничего лучше, чем возвращаться туда, где ничего не изменилось, чтобы понять, как изменился ты сам.

Кто утверждает, что деньги могут сделать все, вполне вероятно, сам может сделать все ради денег.

Озлобленность — первый признак того, что человек несчастен. Каждый даёт миру то, чем наполнен сам. Не обижайтесь на таких людей и не мстите им. Их и так жизнь не радует. Счастливые люди не могут быть злыми!

Один мудрый человек сказал: «Мир двоих не понять миллиардам».

Не будь жмотом — дай человеку второй шанс. Не будь идиотом — никогда не давай третий.

Именно самые простые истины человек постигает позже всего.

Кто счастлив сам, другим зла не желает.

источник

После смерти я хочу попасть в ад, а не в рай. Там я смогу наслаждаться обществом пап, королей и герцогов, тогда как рай населен одними нищими, монахами и апостолами.

Войны начинают, когда хотят, но кончают их, когда могут.

Кто хочет жить в мире, тот должен готовиться к войне.

Кто имеет хорошее войско, найдет и хороших союзников.

Нельзя попустительствовать беспорядку ради того, чтобы избежать войны, ибо войны не избежишь, а преимущество в ней утратишь.

К оружию следует прибегать в последнюю очередь, когда другие средства окажутся недостаточны.

С врагом можно бороться двумя способами: во-первых, законами, во-вторых, силой. Первый способ присущ человеку, второй – зверю.

Самое скверное в жизни не заботы, не болезни, не бедность, не горе – а скука.

Обыкновенные люди не выносят свободы, боятся ее больше, чем смерти, и, совершив преступление, падают под бременем раскаяния. Только герой, избранник судьбы, имеет силу вынести свободу – переступает закон без страха, без угрызения, оставаясь невинным во зле, как звери и боги.

Дела, неугодные подданным, государи должны возлагать на других, а угодные – исполнять сами.

Об уме правителя первым делом судят по тому, каких людей он к себе приближает.

Всякая перемена прокладывает путь другим переменам.

Умы бывают трех родов: один все постигает сам; другой может понять то, что постиг первый; третий – сам ничего не постигает и постигнутого другим понять не может.

Люди, веря, что новый правитель окажется лучше, охотно восстают против старого, но вскоре они на опыте убеждаются, что обманулись, ибо новый правитель всегда оказывается хуже старого.

Люди вообще судят больше по наружности, чем по содержанию. У всех есть глаза, но лишь у немногих – дар проницательности.

Люди – враги всяких затруднительных предприятий.

Люди меньше всего остерегаются обидеть того, кто внушает им любовь, нежели того, кто внушает им страх.

Едва лишь люди перестают бороться, вынуждаемые к борьбе необходимостью, как они тут же начинают бороться, побуждаемые к тому честолюбием.

Люди мстят только за малые и средние обиды, тогда как великие отнимают у них силы для мщения.

Люди не умеют быть ни достойно преступными, ни совершенно хорошими; злодейство обладает известным величием или является в какой-то мере проявлением широты души, до которой они не в состоянии подняться.

Люди по своей натуре таковы, что не меньше привязываются к тем, кому сделали добро сами, чем к тем, кто сделал добро им.

Большая часть людей довольна жизнью, пока не задеты их честь и имущество.

Люди так простодушны и так поглощены ближайшими нуждами, что обманывающий всегда найдет того, кто даст себя одурачить.

С тех пор, как люди поверили, что ради блаженства на небе должно терпеть всякую неправду на земле, негодяям открылось великое и безопасное поприще.

Люди всегда дурны, пока их не принудит к добру необходимость.

Неразумие людей таково, что они часто не замечают яда внутри того, что хорошо с виду.

Фортуна – все равно что женщина, и тот, кто хочет ее покорить, должен спорить с ней и бороться, как борьба с женщиной требует битья ее и помыкания ею.

Фортуна принадлежит к тому полу, который уступает только силе и отталкивает от себя всякого, кто не умеет сметь.

Лучше быть смелым, чем осторожным, потому что судьба – женщина.

Кто меньше полагался на милость судьбы, тот дольше удерживался у власти.

Нет дела, коего устройство было бы труднее, ведение опаснее, а успех сомнительнее, нежели замена старых порядков новыми.

Привидения величественнее издали, чем вблизи.

Все вооруженные пророки побеждали, а все безоружные гибли.

Следует остерегаться злоупотреблять милосердием.

Вынося приговор, нужно руководствоваться человеколюбием, осмотрительностью и милосердием.

Обиды нужно наносить разом: чем меньше их распробуют, тем меньше от них вреда; благодеяния же полезно оказывать мало-помалу, чтобы их распробовали как можно лучше.

Язык дан человеку для того, чтобы скрывать свои мысли.

Лучше проиграть со своими, чем выиграть с чужими, ибо не истинна та победа, которая добыта чужим оружием.

Политику не следует становиться рабом собственного слова.

Возвращаясь к спору о том, что лучше: чтобы государя любили или чтобы его боялись, скажу, что любят государей по собственному усмотрению, а боятся – по усмотрению государей, поэтому мудрому правителю лучше рассчитывать на то, что зависит от него, а не от кого-то другого.

Главные основы государства – хорошие законы и хорошие войска; хорошие законы бессильны там, где нет хороших войск, там же, где есть хорошие войска, необходимо хорошие законы.

Самое лучшее государство – то, подданные которого веселятся и благоденствуют.

Когда дело идет о спасении отечества, не может быть речи о предательстве и верности, о зле и добре, о милосердии и жестокости, – но все средства равны, только бы цель была достигнута.

Власть, основанная на любви народа к диктатору, – слабая власть, ибо зависит от народа, власть, основанная на страхе народа перед диктатором, – сильная власть, ибо зависит только от самого диктатора.

Если власть заинтересована в том, чтобы развратить народ, она достигает желаемого, поощряя предателей, вместо того чтобы наказывать их.

Основой власти во всех государствах – как унаследованных, так и смешанных и новых – служат хорошие законы и хорошее войско.

Если необходимо нанести человеку оскорбление, оно должно быть настолько жестоким, чтобы не нужно было опасаться мести за него.

Человек мудрый должен всегда выбирать дороги, испытанные великими людьми и подражать самым замечательным, так что если он и не достигнет их величия, то воспримет хоть некоторый его отблеск.

Человек по природе своей склонен более к осуждению, чем к похвале.

Честолюбие – такое сильное человеческое чувство, что как бы высоко мы ни забирались, мы никогда не испытываем удовлетворения.

Между тем, как живут и как надлежало бы жить, имеется такая разница, что тот, кто из-за долженствующего произойти упускает из виду действительно происходящее, – тот скорее уготовляет свою погибель, нежели свое спасение, ибо человек, который захотел бы во всем следовать одному добру, неминуемо погиб бы среди стольких порочных людей.

Человеческая жизнь такова, что если не позволять себе изредка глупостей, околеешь от скуки.

Дружбу, которая дается за деньги, а не приобретается величием и благородством души, можно купить, но нельзя удержать.

Кто сам хороший друг, тот имеет и хороших друзей.

Совершенная истина почти всегда кажется невероятною.

Открытие новых истин всегда было и будет столь же опасно, как открытие новых земель.

Любовь плохо уживается со страхом.

Добрыми делами можно навлечь на себя ненависть точно так же, как и дурными.

Нельзя честно, не ущемляя других, удовлетворить притязания знати, но можно – требования народа, так как у народа более честная цель, чем у знати: знать желает угнетать народ, а народ не желает быть угнетенным.

Пусть будут у тебя крепости, но если народ возненавидит тебя, они не принесут ни какой пользы.

Ничто другое не истощает себя так, как щедрость: выказывая ее, одновременно теряешь самую возможность ее выказывать и либо впадаешь в бедность, возбуждая презрение, либо разоряешь других, чем навлекаешь на себя ненависть.

Всего ужаснее сознавать, что силы есть, что мог бы что-нибудь сделать и что никогда ничего не сделаешь – погибнешь бессмысленно.

Тяжелую болезнь вначале легко вылечить, но трудно распознать, когда же она усилилась, ее легко распознать, но уже трудно вылечить.

Достойную осуждения ошибку совершает тот, кто не учитывает своих возможностей и стремится к завоеванию любой ценой.

Избегнув одной неприятности, попадаешь в другую; однако в том и состоит мудрость, чтобы, взвесив все возможные неприятности, наименьшее зло почесть за благо.

Каждый видит, каким ты кажешься, мало кто чувствует, каков ты есть.

Кто не похож на всех, тот один против всех, ибо мир создан для черни и нет в нем никого, кроме черни.

Мы знаем по опыту, что в наше время великие дела удавались лишь тем, кто не старался сдержать данное слово и умел, когда нужно, обвести вокруг пальца.

Те, кто соблюдает нейтралитет, сталкиваются с ненавистью побежденных и презрением победителей.

Чужие доспехи либо широки, либо тесны, либо слишком громоздки.

Промедление может обернуться чем угодно, ибо время приносит с собой как зло, так и добро.

Ничто не сопряжено с такими трудностями и опасностями, ничто не обещает столь сомнительных шансов на успех, как попытка изменить порядок вещей.

Расточая чужое, ты прибавляешь себе славы, тогда как расточая свое, ты только себе вредишь.

Следует заранее примириться с тем, что всякое решение сомнительно, ибо это в порядке вещей, что, избегнув одной неприятности, попадешь в другую.

Сохраняют благополучие те, чей образ действий отвечает особенностям времени, и утрачивают благополучие те, чей образ действий не отвечает своему времени.

источник

Об уме правителя первым делом судят по тому, каких людей он к себе приближает.

«Смотри своей судьбе в лицо, сторонись зла, но коли не сможешь его избежать, сноси ожидающую тебя расплату как мужчина, не падай духом, не расслабляйся, как женщина».

«Чтобы постигнуть сущность народа, надо быть государем, а чтобы постигнуть природу государей, надо принадлежать народу».

«Нанося обиду, следует устранить возможность мести».

«Ибо умы бывают трех родов: один все постигает сам; другой может понять все, что постиг первый; третий — сам ничего не постигает и постигнутого другим понять не может. Первый ум — выдающийся, второй — значительный, третий — негодный».

«Люди же так простодушны и столь поглощены насущными заботами, что обманщик всегда найдет того, кто даст себя обмануть».

Бог не все исполняет сам, дабы не лишить нас свободной воли и причитающейся нам части славы.

«Войны нельзя избежать, можно лишь оттянуть её».

«Человеку разумному надлежит избирать пути, проложенные величайшими людьми, и подражать наидостойнейшим, чтобы если не сравниться с ними в доблести, то хотя бы исполниться её духа».

«Люди мстят из страха, либо из ненависти».

«Люди по своей натуре таковы, что не меньше привязываются к тем, кому сделали добро сами, чем тем, кто сделал добро им».

«Добрыми делами можно навлечь на себя ненависть точно также, как и дурными».

«Всякий видит, чем ты кажешься, немногие чувствуют, кто ты на самом деле».

«Тот, кто имеет союзников, уже не вполне независим».

«Человек осмотрительный, не умеющий сделаться отважным, когда это необходимо, становиться причиной своей гибели».

источник

Понимание того, что все создано умом, разрушает самый страшный ад.

— Ты умный человек, но ты и вполовину не так умён, как думаешь.
— И при этом всё равно умнее тебя.

— Умники всегда когда-нибудь совершают какую-то глупость.

Умные люди умны ещё до того, как начинают учиться.

Есть много умных людей, которые живут глупо, и много глупых, которые умно распорядились тем, что имеют.

— Вы называете это умом? По-моему, это глупость.
— Часто это одно и то же.

Интеллект — страшная штука! Радуйся, что у тебя его нет!

Умы бывают трех родов: один все постигает сам; другой может понять то, что постиг первый; третий — сам ничего не постигает и постигнутого другим понять не может. Первый ум — выдающийся, второй — значительный, третий — негодный.

Умный мужчина не пожелает взять в жены дурочку.

Аналитические способности человека сами по себе весьма мало подходят под анализ. Мы ценим их только по их выводам. Мы знаем о них только то, что они доставляют человеку громадный источник самых истинных наслаждений. Атлет наслаждается своей физической мощью, любит упражнения, в которых играют роль его мускулы, а аналитик предпочитает мозговую деятельность, дающую ему возможность исследования. Ему доставляют удовольствие даже самые обыкновенные случаи, представляющие возможность применить свои способности.

Что делать, любовь моя, если пока нельзя расстаться.

*По техническим причинам, сайт может быть временно недоступен. Приносим свои извинения за доставленные неудобства.

источник

«… умы бывают трех родов: один все постигает сам; другой может понять то, что постиг первый; третий – сам ничего не постигает и постигнутого другим понять не может. Первый ум – выдающийся, второй – значительный, третий – негодный»

Выдающимся умом следует обладать владельцу, директору, управляющему. Крайне желательно. Даже необходимо. В противном случае шансов сохранить власть у него мало. Об этом немного говорилось выше. Будет сказано еще в дальнейшем.

Идеальным для исполнителей, подданных и слуг является ум значительный. Первостепенное его предназначение – адекватно, без ошибок и кривотолков понимать то, что говорит ему директор, стараться понять то, что уже постигнуто властителем, его выдающимся умом. Во вторую очередь, подданные и слуги со значительным умом должны саморазвиваться путем понимания того, что постигли другие выдающиеся умы и опубликовали в соответствующих книгах и статьях. Только таким способом сотрудникам и можно сохранить свое место в фарватере движения управляющего. Финдиры, комдиры и эйчары, контролеры и байеры, логисты и операционисты, аналитики и прогнозисты, они и им подобные в современных компаниях должны обладать значительным умом.

Если некоторые подданные или слуги начинают демонстрировать ум выдающийся, то перед директором или владельцем предстает альтернатива: либо же продвигать такого сотрудника на уровни, близкие к своему, либо же, если таких вариантов нет, то увольнять. Ибо в противном случае руководитель неосмотрительно готовит кандидата себе в преемники.

Негодный ум в современном менеджменте имеет крайне узкое применение. Исключительно в процессах, которые требуют только автоматического исполнения операций с помощью простейших рефлексов: нарочные, курьеры, машинистки‑переписчики, архивариусы. В системе управления сотрудники с таким типом ума неприменимы. Поэтому, если у вас, г‑н директор, такие присутствуют, их немедленно следует уволить либо переместить на соответствующие должности. А если вам эйчар, паче чаяния, такого вдруг порекомендует на вакансию менеджера, отказать категорически с формулировкой – не соответствует типу ума по классификации Макиавелли. И заодно указать эйчару на служебное несоответствие за подобную рекомендацию.

источник

(3 мая 1469, Флоренция — 21 июня 1527, Флоренция)

Итальянский мыслитель, писатель, политический деятель (занимал во Флоренции пост государственного секретаря). Выступал сторонником сильной государственной власти, для укрепления которой допускал применение любых средств, что выразил в прославленном труде «Государь», опубликованном в 1532 году, автор других военно-теоретических трудов.

• Здесь происходит то же самое, что с чахоткой: врачи говорят, что в начале эту болезнь трудно распознать, но легко излечить; если же она запущена, то ее легко распознать, но излечить трудно. Так же и в делах государства: если своевременно обнаружить зарождающийся недуг, что дано лишь мудрым правителям, то избавиться от него нетрудно, но если он запущен так, что всякому виден, то никакое снадобье уже не поможет.

• И все же, ради того, чтобы не утратить свободу воли, я предположу, что, может быть, судьба распоряжается лишь половиной всех наших дел, другую же половину, или около того, она предоставляет самим людям.

• И все-таки я полагаю, что натиск лучше, чем осторожность, ибо фортуна — женщина, и кто хочет с ней сладить, должен колотить ее и пинать — таким она поддается скорее, чем тем, кто холодно берется за дело. Поэтому она, как женщина,- подруга молодых, ибо они не так осмотрительны, более отважны и с большей дерзостью ее укрощают.

• Ибо умы бывают трёх родов: один всё постигает сам; другой может понять то, что постиг первый; третий — сам ничего не постигает и постигнутого другим понять не может. Первый ум — выдающийся, второй — значительный, третий — негодный.

• Из всех зверей пусть государь уподобится двум: льву и лисе. Лев боится капканов, а лиса — волков, следовательно, надо быть подобным лисе, чтобы уметь обойти капканы, и льву, чтобы отпугнуть волков.

• Избегнув одной неприятности, попадаешь в другую; однако в том и состоит мудрость, чтобы взвесив все возможные неприятности, наименьшее зло почесть за благо.

• К оружию следует прибегать в последнюю очередь — когда другие средства окажутся недостаточны (неверно приписано; на самом деле эта цитата принадлежит Титу Ливию).

• Каждый видит, каким ты кажешься, но мало кто чувствует, каков ты есть.

• Коли нету здравого ума,
Не будут долговечны державы,
Где перемен сплошная кутерьма.

• Кому неведомо всегдашнее несоответствие между тем, что человек ищет и что находит?

• Кто имеет хорошее войско, найдет и хороших союзников.

• Кто меньше полагался на милость судьбы, тот дольше удерживался у власти.

• Кто сам хороший друг, тот имеет и хороших друзей.

• Кто хочет жить в мире, тот должен готовиться к войне.

• Лучше проиграть со своими, чем выиграть с чужими, ибо не истинна та победа, которая добыта чужим оружием (речь идет о целесообразности использования союзных или наемных войск).

• Любовь и страх не могут сопутствовать друг другу, и если выбирать из этих двух чувств, то лучше чтобы тебя боялись, нежели любили.

• Любят государей по собственному усмотрению, а боятся — по усмотрению государей, поэтому мудрому правителю лучше рассчитывать на то, что зависит от него, а не от кого-то другого.

HTML код для размещения на сайте или в блоге

источник

(3 мая 1469, Флоренция — 21 июня 1527, Флоренция)

Итальянский мыслитель, писатель, политический деятель (занимал во Флоренции пост государственного секретаря). Выступал сторонником сильной государственной власти, для укрепления которой допускал применение любых средств, что выразил в прославленном труде «Государь», опубликованном в 1532 году, автор других военно-теоретических трудов.

• Здесь происходит то же самое, что с чахоткой: врачи говорят, что в начале эту болезнь трудно распознать, но легко излечить; если же она запущена, то ее легко распознать, но излечить трудно. Так же и в делах государства: если своевременно обнаружить зарождающийся недуг, что дано лишь мудрым правителям, то избавиться от него нетрудно, но если он запущен так, что всякому виден, то никакое снадобье уже не поможет.

• И все же, ради того, чтобы не утратить свободу воли, я предположу, что, может быть, судьба распоряжается лишь половиной всех наших дел, другую же половину, или около того, она предоставляет самим людям.

• И все-таки я полагаю, что натиск лучше, чем осторожность, ибо фортуна — женщина, и кто хочет с ней сладить, должен колотить ее и пинать — таким она поддается скорее, чем тем, кто холодно берется за дело. Поэтому она, как женщина,- подруга молодых, ибо они не так осмотрительны, более отважны и с большей дерзостью ее укрощают.

• Ибо умы бывают трёх родов: один всё постигает сам; другой может понять то, что постиг первый; третий — сам ничего не постигает и постигнутого другим понять не может. Первый ум — выдающийся, второй — значительный, третий — негодный.

• Из всех зверей пусть государь уподобится двум: льву и лисе. Лев боится капканов, а лиса — волков, следовательно, надо быть подобным лисе, чтобы уметь обойти капканы, и льву, чтобы отпугнуть волков.

• Избегнув одной неприятности, попадаешь в другую; однако в том и состоит мудрость, чтобы взвесив все возможные неприятности, наименьшее зло почесть за благо.

• К оружию следует прибегать в последнюю очередь — когда другие средства окажутся недостаточны (неверно приписано; на самом деле эта цитата принадлежит Титу Ливию).

• Каждый видит, каким ты кажешься, но мало кто чувствует, каков ты есть.

• Коли нету здравого ума,
Не будут долговечны державы,
Где перемен сплошная кутерьма.

• Кому неведомо всегдашнее несоответствие между тем, что человек ищет и что находит?

• Кто имеет хорошее войско, найдет и хороших союзников.

• Кто меньше полагался на милость судьбы, тот дольше удерживался у власти.

• Кто сам хороший друг, тот имеет и хороших друзей.

• Кто хочет жить в мире, тот должен готовиться к войне.

• Лучше проиграть со своими, чем выиграть с чужими, ибо не истинна та победа, которая добыта чужим оружием (речь идет о целесообразности использования союзных или наемных войск).

• Любовь и страх не могут сопутствовать друг другу, и если выбирать из этих двух чувств, то лучше чтобы тебя боялись, нежели любили.

• Любят государей по собственному усмотрению, а боятся — по усмотрению государей, поэтому мудрому правителю лучше рассчитывать на то, что зависит от него, а не от кого-то другого.

HTML код для размещения на сайте или в блоге

источник

Расточая чужое, ты прибавляешь себе славы, тогда как расточая свое – ты только себе вредишь. Ничто другое не истощает себя так, как щедрость: выказывая ее, одновременно теряешь самую возможность ее выказывать и либо впадаешь в бедность, возбуждая презрение, либо разоряешь других, чем навлекаешь на себя ненависть.

С врагом можно бороться двумя способами: во-первых, законами, во-вторых, силой. Первый способ присущ человеку, второй – зверю.

Следует заранее примириться с тем, что всякое решение сомнительно, ибо это в порядке вещей, что избегнув одной неприятности, попадаешь в другую.

Следует остерегаться злоупотреблять милосердием.

Умы бывают трех родов: один все постигает сам; другой может понять то, что постиг первый; третий – сам ничего не постигает и постигнутого другим понять не может.

Хотя новые порядки и изменяют сознание людей, надлежит стараться, чтобы в своем изменении порядки сохраняли как можно больше от старого.

Человек не может заставить себя свернуть с пути, на котором он до сих пор неизменно преуспевал.

Человек осмотрительный, не умеющий сделаться отважным, когда это необходимо, становится причиной своей гибели.

Человек, который желает при всех обстоятельствах пребывать добродетельным, остается лишь гибнуть среди множества тех, кто не добродетелен.

Человеку разумному надлежит избирать пути, проложенные величайшими людьми, и подражать наидостойнейшим, чтобы если не сравниться с ними в доблести, то хотя бы исполниться ее духа.

Чтобы постигнуть сущность народа, надо быть государем, а чтобы постигнуть природу государей, надо принадлежать к народу.

источник

Источник: Макиавелли Н. Государь. – М.: Планета, 1990. – 80 с.

Красным шрифтом в квадратных скобках обозначается конец текста на соответствующей странице печатного оригинала указанного издания

Немалую важность имеет для государя выбор советников, а каковы они будут, хороши или плохи, – зависит от благоразумия государей. Об уме правителя первым делом судят по тому, каких людей он к себе приближает; если это люди преданные н способные, то можно всегда быть уверенным в его мудрости, ибо он умел распознать их способности и удержать их преданность. Если же они не таковы, то и о государе заключат соответственно, ибо первую оплошность он уже совершил, выбрав плохих помощников. Из тех, кто знал мессера Антонио да Венафро, помощника Пандольфо Петруччо, правителя Сиены, никто не усомнился бы в достоинствах и самого Пандольфо, выбравшего себе такого помощника. [c.69]

Ибо умы бывают трех родов: один все постигает сам; другой может понять то, что постиг первый; третий – сам ничего не постигает и постигнутого другим понять не может. Первый ум – выдающийся, второй – значительный, третий – негодный. Из сказанного неопровержимо следует, что ум Пандольфо был если не первого, то второго рода. Ибо когда человек способен распознать добро и зло в делах и в речах людей, то, не будучи сам особо изобретательным, он сумеет отличить дурное от доброго в советах своих помощников и за доброе вознаградит, а за дурное – взыщет; да и помощники его не понадеются обмануть государя и будут добросовестно ему служить.

Есть один безошибочный способ узнать, чего стоит помощник. Если он больше заботится о себе, чем о государе, и во всяком деле ищет своей выгоды, он никогда не будет хорошим слугой государю, и тот никогда не сможет на него положиться. Ибо министр, в чьих руках дела государства, обязан думать не о себе, а о государе, и не являться к нему ни с чем, что не относится до государя. Но и государь со своей стороны должен стараться удержать преданность своего министра, воздавая ему по заслугам, умножая его состояние, привязывая его к себе узами благодарности, разделяя с ним обязанности и почести, чтобы тот видел, что государь не может без него обходиться, и чтобы, имея достаточно богатств и почестей, не возжелал новых богатств и почестей, а также чтобы, занимая разнообразные должности, убоялся переворотов. Когда государь и его министр обоюдно ведут себя таким образом, они могут быть друг в друге уверены, когда же они ведут себя иначе, это плохо кончается либо для одного, либо для другого. [c.70]

источник